После четвёртого урока был перерыв на обед, и мы с Эриком, опять же вместе, отправились в столовую. Вот уж где я хотела бы оказаться меньше всего – в этом человеческом муравейнике, но бурчащий желудок недвусмысленно дал мне понять, что пойти придётся.

Мы пристроились в хвост длинной очереди. Эрик встал позади меня, а передо мной стояла небольшая стайка парнишек лет по двенадцать из средней школы.

Когда они были уже практически у кассы, в столовую ввалилось несколько парней-старшеклассников. Прямым ходом они направились в начало очереди и втиснулись в неё, отпихнув назад мальчишек, которые невольно впечатались в меня, «выдавливая» из очереди.

На робкое возмущение одного из ребят, один из парней обернулся, взял того, кто возмущался, за шиворот, приподнял над полом, слегка потряс и выпустил со словами:

– А ну марш в конец очереди.

Мальчонка покорно поплёлся, куда велели, но был остановлен вытянутой поперёк его дороги рукой Эрика.

– Постой-ка, малыш.

Пацан совсем растерялся, испуганно переводя взгляд с нависшего над ним гиганта на спину хулигана, который уже и думать о нём забыл. Решив, что злить такого верзилу – себе дороже, он послушно застыл на месте."

"А Эрик, сделав пару шагов вперёд, схватил парня за шиворот, приподнял его и потряс, в точности скопировав его действия. Крепкий старшеклассник болтался в его руке так же, как у него самого только что – хрупкий пацанёнок.

– А ну, марш в конец очереди! – даже интонация у Эрика была та же, равно как и слова.

Грозный лишь со слабыми, хулиган тут же стушевался и покорно побрёл в конец очереди, обойдя по дуге застывшего у него на пути мальчишку.

– Нужно особое приглашение? – очень вежливо, с ласковой улыбкой, не затронувшей глаза, поинтересовался Эрик у двоих его приятелей. Те замотали головами и тоже ушли в конец очереди.

– Иди-ка на своё место, малыш, – на этот раз улыбка Эрика была искренней.

Мальчишка тут же шмыгнул на своё прежнее место, а Эрик вновь встал позади меня. А я потихоньку приходила в себя от восхищения. Сильными мужчинами меня было не удивить. Но не среди людей.

Тут над моей головой раздалось расстроенное:

– О, чёрт...

Обернувшись, я увидела, что Эрик обводит глазами столовую. И поняла, что именно его расстроило. В столовой стояла такая тишина, что было слышно, как на кухне повар гремит кастрюлями. И все, абсолютно все, смотрели на Эрика.

Тут как раз подошла наша очередь, и мы стали накладывать еду на подносы. Народ в столовой потихоньку отмирал и начал шушукаться. И я знала, кто сейчас был предметом разговоров.

– Эрик, идите к нам! – раздался крик. Из-за одного из столиков нам махал рукой Гарри. – Идите, тут как раз два свободных места.

Надо же, на этот раз меня тоже зовут. Не напрямую, но...