– В чем-то, ты, конечно, прав, Хаджар. Воины ненавидят торговцев, торговцы – воинов. Первые последних за то, что те их всегда обманывают и наживаются, а последние первых за то, что те сильнее. За то, что могут силой отнять то, что торговцы наживают своим трудом.

– На моей памяти, обычно наоборот, – фыркнул Хаджар. – обычно это торговцы становятся причиной, по которой гибнут воины. Загребают жар чужими руками и наживаются на смерти тех, кто отстаивает их интересы."

"– Ты так говоришь, потому что ты, Хаджар – воин, – улыбнулся Карейн. Он все так же не рисковал дотрагиваться ладонью до раны и вскапывал ей землю рядом с собой.

Видимо боль, которую терпел Тарез, действительно была нешуточной. – Мой отец всегда говорил, что нет ничего зазорного в том, что оплатить чью-то жизнь монетой. Ведь, в конечном счете, мы лишь предлагаем деньги. Берете вы их по своей воле. И по своей же воле за них погибаете.

– На чем вы зарабатываете, – кивнул Хаджар.

– Все на чем-то зарабатывают, Хаджар, – пожал плечами Карейн. – в прямом или переносном смысле. Деньги, слава, честь, женщины, знания, явства, драгоценности, да даже – уважение.

Все это лишь определенные блага, на которые мы меняем самое важное.

– Самое важное?

Карейн кивнул.

– Наше время, Хаджар, – прошептал Тарез. – Наемник, на службе клана Тарез, за месяц получается семь сотен имперских монет.

Хаджар едва не икнул. По меркам наемником, да чего там – даже для стражников Даанатана, это была баснословная сумма. Такая, за которую и жизнью рискнуть не зазорно.

– На эти деньги, – продолжал Карейн. – он может купить себе новый щит, меч, или прокормить семью, а может в бордель отправиться… Но, так или иначе, он их потратит.

Обменяет на что-то. Месяц своей жизни, Хаджар, он обменяет на что-то, что ему ценно. И, получается, что деньги – лишь мерило времени. Те кругляшки, которые звенят в кошелях, если подумать с такой стороны, вовсе не являются валютой. Валютой является…

– Время, – Хаджар закончил за Карейна. – к чему ты клонишь?

– К тому, что вечная грызня воинов и торговцев, не имеет к моему отцу никакого отношения. Он достаточно силен, чтобы не боятся почти ни одного воина Империи. Так что спрошу тебя еще раз, Хаджар – кого, больше всего, ненавидят торговцы?

Хаджар задумался на несколько секунд.

А затем его осенило.

– Тех, у кого изначально слишком много валюты.

– Именно! – Карейн особенно жестко вцепился пальцами в землю. – Даже Небесный Солдат,в покое и достатке, может прожить хоть полторы тысячи лет. Чего уж говорить про Рыцаря или Повелителя. Они живут долго – сотни веков. И, получается, что главная, абсолютная валюта, в Семи Империях, постепенно обесценивается. И чем сильнее общество, чем дольше живут адепты, тем хуже приходится торговцам.