Никак не законы Империй или власть, а именно понимание того, что твоя свобода заканчивается там, где начинается нос другого человека.

Если только, конечно, ты не обладаешь желанием и силой, чтобы этот нос укоротить. В основном, скорее, даже желанием, а не силой.

Из кареты, спустя несколько секунд, вышел весьма стереотипный старичок. Хаджару не нужно было уточнений, чтобы понять, что это поверенный клана Хищных Клинков.

Все они, поверенные, почему-то выглядели почти одинаково. Старые, надменные, царапавшие подбородком само небо и переполненные чувством собственной важности.

Так они выглядели со всеми, кроме хозяев клана. Рядом с ними они мгновенно превращались в скулящих и побитых собак. Даже если при этом их никто и не бил…

– Хаджар Дархан, ученик школы Святого Неба? – спросил старик.

Говорил он так, будто общался не с одним из лучших мечников не просто –поколения, но всего Даанатана и, следовательно, всего Дарнаса (Хаджар был скромен, но знал себе цену), а с самым замшелым бродягой."

"Сам бы Хаджар себе никогда не позволил такого. Ни по отношению к бродяге, ни по отношению к Королю. Жизнь научила его тому, что тверже любого металла, всегда оставались лишь вежливость и уважение. Даже по отношению к тому, кого ты не знаешь… особенно по отношению к тому, кого ты не знаешь…

– Все верно, – кивнул Хаджар.

– Примите приглашение от Великого Клана Динос, так же известных как Хищные Клинки, на венчание Париса Диноса, младшего сына главы клана, Брустра Диноса, в статусе старшего наследника клана.

Старик протянул бумажный, не пергаментный, а именно бумажный свиток. Явный признак богатства и статусности. Не каждый дворянский род мог себе позволить использовать для приглашений бумагу – это же сколько её надо закупить, чтобы разослать сотни и тысячи таких свитков.

Кстати сам факт того, что к Хадажру приехал не простой слуга, а именно –поверенный клана, говорил о многом.

– Благодар… – Хаджар потянулся, уже почти сомкнул пальцы на свитке, но старик, внезапно, ослабил хватку.

Подхваченное ветром, приглашение, украшенное вензелями и стянутое алыми лентами, упало на песок под ногами Хаджара.

Поверенный даже не извинился. Он так и остался стоять с протянутой рукой, насмешкой на губах и устах и полной уверенностью в своем превосходстве.

Наглядная иллюстрация того, как старость не означала разум или мудрость. Дожил до седины, а все равно остался глупцом. Даже не понимал, как его просто и открыто использовали.

Хаджар, как того и ожидал старик, нагнулся за приглашением, отряхнул его от пыли и, не убирая в пространственный артефакт, оставил при себе.

Все, как и требовал этикет.

– Не было нужды кланяться мне, юноша, – прокряхтел поверенный.