Она чем-то напоминала его заточение в мире Земли.

- И так, Хаджар, - продолжала Фрея. Она впервые казалась ему человечной, а не приставленной богами ищейкой и тюремщицей. - и так продолжалось целыми эпохами. Бесконечное одиночество с осознанием того, что когда-нибудь и он, не выдержав тлетворного воздействия Горы Черепов, исчезнет. А вместе с ним - и его род. Их воля сотрется. И вселенной не будет дела до гордых, преисполненных чести Джар, которые служили стражами четырем мирам.

- Ты так и не ответила на вопрос, мудрейшая Фрея - это ты смягчила его наказание? И это поэтому у тебя был долг перед Хельмером?"

"Фрея улыбнулась. Прекрасная фея, которая, будь она ростом с человека, затмила бы своей красотой всех когда-либо живших женщин.

И улыбка её была настолько печальна, что Хаджару показалось, будто сами камни испытывали к ней сочувствие.

- Когда Князь Демонов узнал о том, что хочет сделать Ададжир, то отправил одного из своих эмиссаров к посланнику Седьмого Неба. Через них они имели разговор с Яшмовым Императором. Они оба решили, что не смеют вмешиваться в свободу волю последнего из Джар. Они разрешили ему использовать сделку с демонами, а наказание - заточение под землей, назначил сам Яшмовый Император.

- И он не испугался оставить Гору Черепов без надзора?

Фрея только горько засмеялась.

- Яшмовый Император не боится никого и ничего, Хаджар. Первый и могущественнейший из богов. Мудрец, создавший Седьмое Небо и разделивший миры. Прародитель всех богов и всего сущего. Тот, кому ведомы тайны Книги Тысячи. Ни Князь Демонов, ни первый из десяти Бессмертных, ни Королевы дворов Фейре, ни Великие Духи не способны тронуть и полы его мантии. Перед кем ему испытывать страх?

- Перед Черным Генералом, вероятно.

Брови Фреи сошлись, образуя глубокую складку на переносице.

- За такие слова тебя немедленно линчуют в любом цивилизованном обществе…

- Будем радоваться, что, видимо, регион Белого Дракона таким не является, - парировал Хаджар.

Фея, на какое-то время, замолчала. Она тихо разглядывала браслет, бросая на него весьма характерные взгляды. Нет, они не были любовниками (не в физическом смысл, разумеется, а в душевном). Скорее - близкими друзьями. Очень близкими.

Хаджар не мог себе представить, что сумел бы встать смирно в тот момент, когда Морган обрекал бы Эйнена на участь, которую пережил Ададжир.

- Дархан стал могущественен, Хаджар, - произнесла, наконец, Фрея. - в этом нет никаких сомнений. Но вот сейчас здесь стоишь ты и стою я. Я служу Седьмому Небу, которым все так же правит Яшмовый Император. А ты носишь в своей душе осколок Черного Генерала. Так я спрошу тебя еще раз - кого боятся Богу всех Богов?

Хаджар не смог придумать достойного ответа.

- Так я и думала, - вздохнула Фрея, а затем резко подняла взгляд на Хаджара.