- Ещё раз посмеете меня тронуть, - каждое слово я роняла, как пудовые камни, - я откушу вам ухо или палец! Понятно? А теперь подите вон, иначе кликну помощь!

- Ах ты, мелкая злобная тварь! - мужик метнулся ко мне настолько шустро, что я и подумать не могла, что так можно! - не смей угрожать! Или отказывать в чём-либо! Ты же хочешь, чтобы твой дражайший супруг вернулся домой живым и здоровым? - после его слов я замерла каменной статуей, перестав вырываться. И даже передумала звать на помощь: мне вдруг стало совершенно индифферентно, если нас сейчас увидят в такой двусмысленной позе, пусть поползут слухи, главное, чтобы этот тип пояснил свои слова касательного Дарио.

- Что вы хотите этим сказать? - просипела я, не в силах унять внутреннее беспокойство.

- Только то, что уже сказал. От тебя зависит благополучие Дарио. А теперь слушай внимательно, повторять не буду: перепишешь все бумаги на участок в горах на моё имя, выдашь мне поставщика тканей, подаришь долю с продаж у Жентили и можешь катиться вместе со своим муженьком на все четыре стороны... Ах! Нет, ещё кое-что забыл, - холодные, змеиные глаза предвкушающе прищурились, - с тебя страстная ночь, а может, и не одна.

Глава 42

Он говорил и говорил, каждое его слово раскалённым гвоздём впивалось в моё сознание. Вся речь Арландо была нацелена на то, чтобы привести меня в полное отчаяние. Вот только одну жизнь я уже прожила, долгую и не самую счастливую. И вместо того, чтобы согласиться на всю ту бредятину, что он нёс, я, наоборот, крепко разозлилась."

"- Слушай ты, дубина стоеросовая! - негромко ядовитой змеёй прошипела я, на могучем русском, после чего першла на местный: - Ещё раз посмеешь угрожать кому-либо из моей семьи.

.. если заденешь хоть одного друга, я тебе не только ногу оттопчу! - и как заорала! Мужик от неожиданности выпустил меня из своих стальных объятий, а я, чтобы впредь неповадно было хватать приличных замужних женщин, недолго думая, заехала ему коленом в пах, а когда Валенти взвыл, согнувшись от боли в три погибели, замахнулась полной корзинкой и треснула его по спине!

Чёрный виноград дождём посыпался на землю, лопаясь и окрашивая почву красными кляксами.

Было ли мне стыдно за свой поступок? В тот момент я дйствовала на адреналине, и да, мне не было совестно, ни капли!

Валенти протяжно орал, заставляя меня морщиться от рези в перепонках - надо же, какой у него визг противный.

И, пока народ не собрался в этом месте, ломанулась в кусты, чтобы вылезти с другой их стороны. Веточки царапали кожу рук, цеплялись за волосы, но мне было всё равно, главное, чтобы не поползли слухи. Во все времена люди всегда умели додумывать то, чего не было. Мне не хотелось, чтобы каждый встречный тыкал в спину моему мужу, и шептался за глаза о том, что к его жене кто-то приставал.