Я скорее бросилась к ней: девочка сидела на кровати и показывала на что-то перед собой, в темноте. Я зажгла свет и увидела на полу разбитый шар и все мягкие игрушки.

Психолог представил себе эту сцену.

– Стало быть, Эва утверждает, что она тоже спала, когда это случилось.

Девушка кивнула, все еще расстроенная.

Очень хитрый ход, подумал Джербер. То, что Эва не приплела своего несносного дружка, теперь приобретало смысл. Не упоминая о нем, Эва на самом деле хотела, чтобы они сами вовлекли его в происходящее. Не хотите верить мне, так я вас заставлю. Безупречная логика.

– Могу я наконец выбросить эти стекляшки, пока никто не порезался? – спросила синьора Ваннини у них за спиной. Она тоже была разгневана. – Эта маленькая врунья заслуживает хорошей взбучки.

Джербер не был убежден, что наказание поможет. Наверное, полезнее было бы заставить ее взглянуть в глаза правде. Поэтому он нагнулся над осколками шара со снегом и, делая вид, что рассматривает их, вынул крохотную карту памяти из подставки с устройством, воспроизводящим музыку.

Карта содержала запись всего, что там происходило.

Он посмотрит видео этим же вечером.

– Теперь пора пойти к Эве, – объявил доктор.

– Ты опоздал, – тут же поставила ему на вид девочка своим обычным серьезным тоном.

Она никогда не улыбается, подумал Пьетро Джербер.

– Извини, – сказал он, закрывая за собой дверь.

Несмотря на то что день был в разгаре, Эва, все еще в пижаме, сидела на разобранной постели. Последствия беспорядочного дня, подумал психолог. Он заметил пустое место на полке, куда, однако, вернулись зверушки. Но не стал упоминать о случившемся, главным образом чтобы не дать ей повод солгать и ему тоже.

– Не возражаешь, если мы снова сыграем во вчерашнюю игру? – спросил он.

Как всегда, девочка повернулась к креслу с подлокотниками в поисках ответа.

– Он говорит: хорошо, – сообщила она. – Но как же я засну без красивой музычки?

Упоминание о музыке, звучавшей из шара, было явной провокацией, но Джербер решил не поддаваться. Ты не заставишь меня говорить о том, что было ночью, подумал он.

– К счастью, я всегда ношу с собой одно устройство, – сказал он, вытаскивая из кармана плаща футлярчик чуть больше спичечного коробка. Открыв его, психолог начал собирать странную конструкцию с маленькой иголкой по центру.

Девочка с любопытством наблюдала за его действиями.

– Это метроном, – пояснил наконец Джербер. Потом продемонстрировал механизм в работе: легким нажатием большого пальца запустил стрелку, та стала раскачиваться, и раздался ритмичный стук. – Можно заставить его идти медленнее или быстрее, – добавил он и установил ритм 60 ударов в минуту.

– Вряд ли эта штуковина меня усыпит, – заявила девочка скептически.

Все так говорят, подумал Джербер.