Страшновато получалось: Такер на самом деле не рассказывал, он просто говорил о нём, как о живом, и Сьюзан порадовалась, что не может его видеть.

И всё же никогда раньше Такер не говорил, что его «воображаемые», как он говорил, умерли. Ей это не понравилось.

За завтраком она всё ещё размышляла о Дигби, но потом забыла, потому что папа и мама уезжали. Они отнесли часть вещей назад в фургон, оставив коробки и ящики на крыльце у лестницы. Потом родители уехали, и Сьюзан (хотя от одной лишь мысли о поездке у неё выворачивало желудок) очень хотела оказаться с ними на заднем сидении.

Бабушка Хендрика, которой за завтраком не было, вышла попрощаться. Ещё вчера вечером она объявила, что её день отличается от дня других, но она привыкла к такой организации и намерена продолжать жить по-своему. Она не ожидает, что дети будут подстраиваться под неё, но хотела бы, чтобы у них тоже было расписание, которое она обсудит с ними позже. Папа и мама с готовностью согласились от имени Майка, Сьюзан и Такера; впрочем, их выразительные взгляды Такеру ничего не сказали.

Фургон исчез. Сьюзан решила, что бабушка Хендрика и Такер чем-то похожи.

Они оба говорят так, словно считают правыми только себя, а все остальные должны с ними соглашаться. Мама говорила, что бабушка Хендрика пишет книги. Наверное, и воображение у неё, как у Такера, хотя Сьюзан была уверена, что невидимых существ она в дом не приводит.

— Ну, что ж, — прервала бабушка Хендрика размышления Сьюзан. Майк расталкивал коробки по углам, словно считал, что с ними нужно что-то сделать, но не знал, что именно. У Майка случаются такие порывы — что-нибудь сделать, но редко. Такер присел у края гравийной дорожки и разглядывал какое-то растение.

— Тут большой зелёный червяк, — провозгласил он.

— Я не удивлена, — ответила бабушка Хендрика. — Червяки бывают коричневые, жёлтые, чёрные и зелёные — и, конечно, обычные, красные. Обычно они поселяются на растениях, которые мне больше всего хочется сберечь. Пойдём, Такер, мне нужно вам кое-что сказать, и я хочу, чтобы меня выслушали.

Прежде всего, домом управляют миссис Кингсли и её племянница Элоиза. Я владею домом, а они им правят. У них свои комнаты в каретном доме. Когда я здесь поселилась пятнадцать лет назад, его переделали в жилой.

Вы должны их слушаться и помогать, если они попросят что-то сделать. Я полагаю, вы сами можете заправлять постели — Майк, Сьюзан? Очень важно быть аккуратными. И выполнять работу, о которой попросит миссис Кингсли. В саду управляется мистер Бейнс. Если ему понадобится помощь, он вам скажет.

Я встаю утром очень рано. От вас я этого не жду. И ложусь я тоже рано. Работаю я по утрам. И отрывать меня в это время можно только в случае крайней необходимости. Пока таких случаев не бывало.