Я тут одно дельце замутила, мне бы его с тобой обсудить…

– Так в чем проблема?

– Не телефонный это разговор, к тому же я жду сигнала. Как только его получу – сразу к тебе. Ты никуда отлучаться не собираешься?

– Через полчаса у нас совещание, это примерно до обеда, затем я работаю с документами, но для тебя, так и быть, выкрою время.

– Знаешь, мне, скорее всего, твои люди понадобятся.

– Обсудим на месте, – сказал Кирьянов. – До встречи.

Я поняла, что к полковнику кто-то пришел, поэтому он и поспешил свернуть наш разговор.

Тем временем я заметила, что Шильдиков вновь вышел покурить, причем не один, а вместе со студентами.

В его мирке произошли неожиданные перемены. Теперь он выглядел вполне уверенным в себе и, кажется, даже травил байки наивным начинающим медикам. Во всяком случае, зеленая молодежь слушала его с упоением. Я смотрела на эту картинку, периодически выглядывая из-за угла терапевтического корпуса, и не верила своим глазам. Быстро же, однако, Шура обрел прежнее душевное равновесие! А мне-то казалось, что чем ближе срок, отведенный ему шантажистом для принятия решения, тем меньше спокойствия сохранится на душе у этого жуликоватого патологоанатома. Неужели я снова просчиталась, подогнав разрозненные факты под нужный мне сценарий?

Глава 14

– Привет! – бросила я, входя в кабинет Кирьянова.

– Здорово, – ответил он. – Ты, я вижу, сегодня на подъеме?

– Да, наконец-то мое расследование сдвинулось с мертвой точки."

"– Поздравляю. В каком же направлении оно двигается?

– К финишу, разумеется.

– Ну это понятно, а если поподробнее?

Я рассказала о реакции Шильдикова на письмо, которое он вчера получил через моего посыльного.

– Понимаешь, я таким образом уже проверяла одного человека, которого подозревала моя клиентка. Тот воспринял послание как чей-то прикол. Не то, что Шура!

– Значит, все-таки драгоценности зашили в жмурика, а потом тело выкрали и распотрошили?! – Полковник брезгливо поморщился. – Это надо же – до такого додуматься! Высшая степень цинизма! И где же теперь труп?

– Наверное, его закопали где-нибудь в безлюдном месте.

– Но ведь члены этой шайки не могли не понимать, что покойника начнут искать? Будь вдова адекватной женщиной, она бы сразу к нам прибежала.

– Значит, овчинка стоила выделки. Во сколько ювелир Нежинский оценивает свой золотой гарнитур?

– Я точно не помню, но там шестизначное число.

– Ну вот! Неужели ты думаешь, что Грындин смирился бы с тем, что драгоценности, которые он успел подержать в руках, окажутся похороненными навечно?

– Значит, ты считаешь, что идейный вдохновитель всего этого – Павел Сергеевич, а Шура – простой исполнитель?

– Да, и не он один, конечно.