Та самая, которая управляла им в первую брачную ночь.

Он не позволит этой ярости одолеть его. Потому что способен управлять собой. И не изнасилует жену, как тогда, хотя терзается потребностью наказать ее, причинить такую же боль, как причинили ему.

Томас взял одеяло, подвинул кресло к окну и долго сидел, наблюдая, как тусклый серый рассвет прорывается сквозь дождевые облака.

Глава 28

Уильям стоял на коленях, пытаясь погладить Мисс Криттенден по головке. Та шипела и норовила укусить его.

— Ну же, ну же, хорошая киса, — уговаривал он, протягивая руку. Мегги окинула его презрительным взглядом.

— Она не какое-нибудь ленивое создание, чтобы сидеть у тебя на коленях и угощаться лакомыми кусочками. Осторожнее, иначе она отхватит тебе палец. Что тебе тут понадобилось? Я занята.

Он поднялся и вытер ладони о желто-коричневые бриджи для верховой езды.

— Ты не любишь меня, Мегги.

— Не люблю, — подтвердила она, не поднимая глаз от щетки, которой вычесывала Мисс Криттенден в награду за великолепные прыжки, во время которых та ухитрялась продержаться в воздухе не менее двух секунд и перекрывать невероятно длинное расстояние в четыре фута.

— Но в чем причина? Что я тебе сделал?

— Почему бы тебе не вернуться в Оксфорд, Уильям? Может, серьезные занятия благотворно повлияют на твою натуру?

— Но я не могу вернуться. Видишь ли, я не сказал Томасу всей правды. Меня исключили на целый семестр. Я отправлюсь обратно, только со временем.

— Почему тебя исключили?

Уильям покраснел, повернулся и попытался погладить Оскара ДеТрассе, одного из мышеловов лорда Киппера, длинного, худого, короткошерстного, черного, как безлунная ночь, с отгрызенным левым ухом.

Оскар выгнул шею и замурлыкал.

Мегги не возлагала особых надежд на Оскара. Истинные беговые коты обладали немалым высокомерием, холодным гонором, сознанием собственного величия, и горе тому коту, который вздумал бы бросить им вызов! Они были сдержанны, неласковы, надменны. И готовы погибнуть рады победы. Оскар же обожал, когда его ласкали. Дурной знак. Мегги спросила лорда Киппера, откуда взялась кличка Де Трассе, и тот откровенно признался, что это фамилия одной из его давних любовниц, которая на свой лад тоже была превосходным мышеловом, поскольку обожала загнать добычу и наслаждаться, медленно поглощая, кусочек за кусочком.

Когда Мегги спросила, что это означает, он рассмеялся и легко коснулся пальцем ее губ.

— Так… Затейливая метафора… вернее, аллюзия, связанная с вопросом, о котором к этому времени вы должны узнать немного больше.

Мегги резко отдернула голову. Он опасен: только последняя дурочка способна оставаться с ним наедине. К сожалению, ему было поручено оберегать ее от убийцы, поэтому он во время визитов старался держаться поблизости.