Если теснящиеся в Саут-Бич маленькие кафе сражаются за посетителей с помощью визгливой, шумной, дешевой и яркой безвкусицы, то «Азул» по сравнению с ними настолько скромен, что возникает вопрос: видели ли его владельцы хотя бы одну серию телевизионной эпопеи «Полиция Майами: Отдел нравов».

Я оставил автомобиль на вымощенной брусчаткой площадке перед входом в ресторан на принудительное попечение занимающегося парковкой парня. Я люблю свою машину, однако должен признаться, что она существенно проигрывала в сравнении со стоящими строем «феррари» и «роллс-ройсами».

Но парень в ливрее не отказался припарковать мою машину, хотя должен был понимать, что его усилия не принесут тех чаевых, которые он привык получать. Полагаю, моя рубашка для боулинга и холщовые штаны цвета хаки намекнули ему, что перед ним тип, не имеющий для него ни единого крюгерранда[5].

В ресторане царил прохладный полумрак и было настолько тихо, что вы наверняка услышали бы звук от падения на пол вашей черной карты «Американ экспресс». Дальняя стена была сплошным тонированным стеклом с ведущей на террасу дверью.

Там я и обнаружил Дебору. Сестра сидела за маленьким угловым столиком и смотрела на воду. Место напротив нее занимал Кайл Чацки, которому предстояло платить за все. Он был в дорогущих солнцезащитных очках, из чего я заключил, что Кайл действительно оплатит счет. Как только я приблизился к столу, буквально из ниоткуда материализовался официант и пододвинул для меня стул, явно тяжелый для тех, кто не мог позволить себе регулярно питаться в данном заведении.

— Привет, дружище, — сказал Кайл и протянул через стол руку. Поскольку он, похоже, верил, что я его новый лучший друг, я наклонился вперед и потряс его лапу.

 — Как обстоят дела по части кровавых следов?

— Как всегда, куча работы, — ответил я. — А как чувствует себя таинственный гость из Вашингтона?

— Как никогда хорошо, — произнес он, удерживая мою руку немного дольше, чем следовало.

Я взглянул на его лапу. Костяшки пальцев увеличены, словно Кайл Чацки проводил слишком много времени в спаррингах с бетонной стеной. Он шлепнул ладонью левой руки по столу, и я увидел его перстень. Он был каким-то очень женственным и весьма походил на обручальное кольцо.

Отпустив наконец мою руку, Кайл Чацки улыбнулся и повернул голову в сторону Деборы. Впрочем, его дорогие солнцезащитные очки были настолько темными, что понять, куда он смотрит, было невозможно. Может, он любовался сестрой или просто слегка повернул голову.

— Декстер за меня тревожился, — улыбнулась ему Дебора.

— Правильно! — бросил Чацки. — Иначе для чего нужны братья?

— Иногда я задаю себе этот вопрос, — посмотрев на меня, проговорила Дебора.