В одном костюмчике на морозе долго не погуляешь. Вернувшись к себе, Ростоцкий прошел на склад. Кладовщиком на фирме он держал Петра Афанасьевича Виноградова. Пожилой ветеран отличался немецкой аккуратностью и удивительной для русского человека честностью.

— Афанасич, найди мне что-нибудь для подарка, — попросил Алексей.

— Это, смотря, кому дарить? — почесал затылок пожилой кладовщик.

— А что бы ты брату подарил? — поинтересовался Ростоцкий.

— Если из нашего хозяйства, пилу бы подарил. Брат у меня столяр.

— Тащи самую дорогую, — распорядился директор.

Петр Афанасьевич долго копался в ящиках и наконец явился с пилой в руках.

Шведский инструмент, упакованный в промасленный пергамент и жесткий картонный футляр, мог порадовать любого мастера. Алексей заскочил в кабинет, накинул пуховик и зашагал на рынок. Но прилавок, где торговал Ташпулат с сыновьями, опустел. Ростоцкий огляделся.

Вдалеке мерзла лишь одна бабка с кислой капустой. После обеда рынки в маленьких русских городах торгуют редко. Алексей прошелся по пустым рядам, заглянул во все палатки и павильончики и грустно зашагал назад Вернувшись на фирму, он снова наведался на склад:

— Петр Афанасьевич, возьми эту пилу и подари своему брату.

Оставив озадаченного кладовщика гадать о причинах хозяйской щедрости, Ростоцкий Явился в кабинет, снял пуховик и, сев за стол, снова перечитал факс немецкой компании.

Надо было составлять ответ. Алексей задумался.

Встреча с узбеком перебила ход привычной деловой жизни Ростоцкий часто вспоминал своего азиатского друга, которого и напомнил ему продавец гранатов. Устроившись в домике на Волге, Алексей сразу отправил ему письмо.

До Ростоцкого дошли слухи о кровавых событиях в Фергане, и он волновался за своего друга. Тот был таджиком. Беспокоился, как сказалась на нем и его семье национальная резня. Ответа Алексей не получил. Ростоцкий еще раз взглянул на немецкое предложение и почему-то позвонил в Москву Наде.

— Алеша, как я рада тебя слышать! — обрадовалась она звонку.

— У меня хорошие новости, я получил грандиозный заказ. Немцы на пять лет контракт предлагают, — поделился своей удачей Ростоцкий.

— Ой как хорошо. Я за тебя счастлива, — ответила Надя.

— А как твои дела, как здоровье Петра? — спросил Алексей.

Надя довольно долго молчала.

— У меня тоже новости. Я, кажется, жду ребенка, — сказала она тихо.

— Ура. Поздравляю! Петр, наверное, на седьмом небе от счастья? — предположил Алексей.

— Я ему пока ничего не сказала, — замялась Надя.

— Почему? Ты с ума сошла, — не понял Ростоцкий.

— Сама не знаю. Боюсь. Мне кажется, что ему это вовсе не нужно.

— Вот дуреха. Зачем ты за мужа решаешь? — возмутился Алексей.

— Не знаю. Боюсь и все.