Сам встанешь, пойдешь в школу, вернешься, собак на прогулку выведешь. Нахлебника нам не надо. Заключим с тобой договор, что мы тебе делаем, что ты нам.

– У меня киса, – повторил Егор. – Куда ее деть?

– Прекрасно, она никому не помешает, – ответил Макс. – Кстати, на соседней улице находится колледж, где преподает Леша Завадский.

Егор разинул рот.

– Тот самый? Создатель сети «Лицом к лицу»?

– Ага, – кивнул Макс. – Отличный парень. Он в нашем доме живет, на пятом этаже. Да, чуть не забыл! Алексей организовал семинар, занимается с теми, кого считает перспективным, а потом берет их в свою фирму.

– Мне надо подумать, – пробормотал Егор.

Макс взглянул на часы.

– Давай поступим так. Ложись и поспи немного. А в пять утра я тебя разбужу и отвезу в аэропорт, посажу в самолет. Ты вернешься домой, раскинешь мозгами и нам сообщишь, что решил. Наше условие: мы согласны стать твоими опекунами, но тогда ты будешь жить в Москве. Кису берешь с собой, мы обеспечим ей полноценное питание и уход.

– Ладно, – кивнул Егор и зевнул.

Глава 16

Когда я, устроив гостя в свободной комнате, вернулась на кухню, Макс протянул мне письмо.

– Читай.

Я развернула листок и прочла.

«Здравствуй, Максим! Тебе будет странно получить это послание, но так уж сложилось, что обратиться мне больше не к кому. Я надеюсь, ты не забыл Наталью Кулакову и свою поездку в Дамбов. Ты сразу дал понять, что не собираешься заводить серьезные отношения, мне понравилась такая честность, да я и сама не хотела замуж, поэтому мы весело провели вместе целый месяц и расстались. А накануне Нового года у меня нашли опухоль, начали гонять по кабинетам, затем выписали направление на лучевую терапию, сделали пару сеансов и прекратили, потому что опухоль росла.

Не стану описывать тебе свое состояние и то, как таскалась по докторам, которые в один голос пели: «Вам пора подумать о душе». И только когда «опухоль» стала интенсивно шевелиться, до меня дошло: я вовсе не умираю, я беременна. Не спрашивай, почему никто из многочисленных медиков не понял, что пациентка ждет ребенка, – вот такие в нашем городе великие специалисты. Впрочем, не стоит все сваливать на гинекологов, сама виновата: на заданный мне вопрос о беременности я уверенно отвечала, что это невозможно. "

"И ведь я говорила чистую правду. В тот год у меня ни с кем, кроме тебя, ничего не было, а во время нашего романа я принимала таблетки. Но, как видно, на сто процентов они не предохраняют. Аборт делать было поздно, мне предложили искусственные роды. Но на убийство ребенка я не пошла, решила рожать. Остаток беременности провела в тревоге, не знала, как на малыша подействовали лучевая терапия и принимавшиеся мною сильные лекарства.