А если в приютской гимназии очутюсь… очучусь… окажусь, то не получится. Москвичи думают, Дамбов крохотный, но он большой.

– Можешь не продолжать, – попыталась я остановить подростка. – Мой руки, будем чай пить. Потом спать ляжешь.

– Опять вы неправильно меня поняли, – возразил Егор. – Мне на вокзал надо, на поезд.

– Куда ты собрался? – нахмурился Максим.

– В Дамбов, куда же еще! – удивился мальчик. – На первые два урока опоздаю, но на остальные успею. И к Сергею Петровичу попаду. Вы выслушайте до конца, а то перебиваете и думаете не то. Да, мне нужен опекун, но я не буду жить у вас, есть за чужой счет и паразитничать.

– Паразитировать, – поправил Макс.

Я ткнула мужа кулаком в спину, Егор же тем временем продолжал:

– Вы просто оформитесь как мой попечитель, и все. Я останусь в Дамбове, приставать не буду, вы вообще ничего обо мне не услышите. О’кей?

Мы с Максом молча смотрели на Егора. Паренек полез за пазуху и вытащил небольшую коробочку.

– Отдам вам его за услугу. Мама говорила, оно старинное, очень дорогое, ей мой отец подарил, на помолвку. Держите.

Муж взял бархатную коробочку и приподнял крышку.

– Ничего себе! – вырвалось у меня.

 – Бриллиант, причем крупный, прекрасной воды и в оригинальной оправе. Я не специалист в области ювелирных украшений, но, думаю, кольцо сделано в девятнадцатом веке.

– Я вам украшение, а вы меня опекаете, формально, – повторил свое предложение Егор. – Сейчас ничего не решайте. Я понимаю, вам все обдумать спокойно надо. Оставлю документы и брюлик. Вы бумаги изучите, перстень оцените и мне эсэмэску скиньте. Ну, просто напишите, да или нет. Вот номер.

Егор положил на стол бумажку.

Макс закрыл коробочку.

– Давай подведем итог разговора.

Ты предлагаешь нам дорогое украшение за то, что мы станем твоими опекунами, но только на бумаге. Жить и учиться ты продолжишь в Дамбове. Так?

– Верно, – обрадовался мальчик.

– Возникают вопросы, – продолжил Макс. – Кто будет тебя содержать?

– Вы согласны? – задал беспокоивший его вопрос подросток.

– Ты же взрослый человек, поэтому должен понимать, что мы удивлены, – вступила я в беседу.

Егор исподлобья глянул на меня.

– Вообще-то я обращался исключительно к Максиму. Одного опекуна мне за глаза хватит.

– Маленькая деталь, – улыбнулся Макс.

 – Я женат, и моя супруга должна дать свое согласие на то, чтобы я патронировал ребенка. И тебе придется ответить на все наши вопросы.

– Я могу опоздать на поезд, – вздохнул Егор.

– Не страшно, – не моргнув глазом заявил Макс, – отправим тебя самолетом, всего-то полтора часа лету. Давай выкладывай, как жить собрался. Лампа, налей нам чаю и сделай бутерброды.

Я подошла к холодильнику, дернула за ручку и тут же услышала громкое повизгивание из коридора.

– Кто у вас там? – насторожился Егор.