– Тебе здесь понравится, – обещает он.

Вот ведь говна кусок.

Полным ужаса взглядом новая соседка Стеф осматривает постеры на стенах. Хуже пары для Стеф не придумаешь. Тихоня, робкая, всего боится. Ей еще повезло, что у меня сегодня хорошее настроение, иначе ощутила бы себя куда неуютнее.

– Я готова, парни, – сообщает Стеф, вскакивая с кровати. Накинув на плечо ремешок сумочки, идет к двери. Блондинчик – должно быть, брат новенькой – смотрит на меня, а я сердито смотрю на него в ответ.

– Еще увидимся, Тесса. – Нэт машет девочке рукой, а она тем временем пялится на колечко у меня в брови, на кольцо в губе, потом на татухи. Женщина и паренек заняты тем же.

В чем дело? Наколок не видели? Так и хочется сказать это вслух, однако тут замечаю, что дамочка не так уж и хороша, одежда на ней куда симпатичнее. Значит, можно и побыть паинькой. Пока что.

В коридоре мы слышим вопль женщины: «Найдем тебе другую комнату!»

Стеф взрывается смехом, и мы с Нэтом – с ней за компанию.

3

Утром на первую пару идти неохота, и я отправляюсь в комнату Стеф. Она еще, наверное, спит, но мне скучно, а Стеф из всех моих друзей живет ближе к корпусу универа, в котором у меня вторая пара. На ходу пишу эсэмэску: иду, мол, к тебе, – и даже не жду ответа.

В коридоре старого здания пусто, за исключением разве что опаздывающих на занятия: эти несутся сломя голову, прихватив стопки учебников. Осторожно стучусь в дверь, чтобы нашу мисс Я-Сама-Гордость не постиг разрыв сердца, и открываю замок ключом, который мне сама же Стеф и дала.

Чтобы не заснуть на паршивом матрасе у Стеф, листаю кабельные каналы: какой-то нудный «доктор» дает уроки семейной жизни для слабоумных… Дверь открывается, и в комнату влетает соседка Стеф – завернутая в мокрое полотенце, длинные волосы липнут к лицу. Мне почти что смешно. Глаза у нее от удивления лезут на лоб, а я в это время выключаю телевизор и смотрю на этот образчик женского вида.

– Э-э… а где Стефани? – чуть ли не пищит она.

Я молча улыбаюсь.

– Ты что, не слышал? Я спросила: где Стефани? – спрашивает девчушка уже тише, учтивее.

Улыбка моя становится шире.

– Без понятия, – говорю.

Она беспокойно ерзает на месте. Так сильно впилась в края полотенца, что того и гляди порвет его. Снова включаю телевизор и сажусь.

– Ладно… Ты не мог бы… это… выйти? Я бы оделась.

Ну уж нет, никуда я не пойду. Только-только устроился на кровати. Перекатившись на бок и саркастично прикрыв глаза ладонями, говорю:

– Не льсти себе, на тебя я смотреть не стану.

Много же она о себе думает. Сейчас все брошу и стану за ней следить!

Хотя… пожалуй, что и стану. Под полотенцем угадываются чертовски аппетитные формы."

"Слышу, как она снует по комнате, спешно надевает лифчик, пыхтит. Нервничает, торопится одеться.