В конце концов, какая разница ему, в каком состоянии ее иметь?

Но Лида уже до такой степени устала и обессилела, что мысли о скорой расправе даже не вызывают никаких эмоций.

Главное, чтоб не зверствовал. Чтоб маленькому человеку внутри не причинял вреда.

Лида смотрит на гаснущий луч солнца в узком высоком окне, со стоном садится на кровати. Надо поесть. И попробовать еще раз дотянуться до окна.

10

Влад сидел на кухне в доме Лиды и угрюмо слушал Кудрявого, одного из самых доверенных своих людей.

Слушал и все крепче сжимал железную кружку с неизменным чифиром. Этот раритет ему принесли вчера, после десятой разбитой чашки. Влад усмехнулся, но взял. И пусть кружка навевала не очень приятные воспоминания о первоходке, где как раз были такие, но зато хоть не билась. Гнулась только.

Кудрявый, взволнованно блестя лысой башкой, и предусмотрительно стоя в некотором отдалении, бубнил о результатах проверки. Хуевых.

Лиды не было уже четыре дня.

Вокзалы, переезды, звериные тропинки – все было по сто раз проверено и перекрыто. Менты заряжены. Братва тоже. Даже с курносыми договорились.

Лиды нигде не было.

Уже четвертый, сука, день.

Влад поднял тяжелый взгляд на Кудрявого, нехило так сбледнувшего с лица.

– Своих всех проверил?

– Расписной… Обижаешь…

– Проверил, сука?!

– Да.

– Еще раз проверь! Этих мудаков, что ее проебали, еще раз тряхани. Может, есть какие-то зацепки.

– Да как их тряханешь-то, Расписной? Они еще в сознание не приходили!

– Блядь, так приведи в сознание! Или я тебя, сука, приведу!

– Расписной, ну не они это, ну че они – совсем отмороженные, так подставляться!

Расписной отвернулся, хлебнул из кружки. Чифир, которым он питался все это время, уже перестал торкать. Вообще никакой реакции. Только блевотная горечь.

– Выясни, кто куда уезжал в это время. Гулять, трахаться, жениться, хоронить, тетку в больницу класть, всех проясни!

– Так уже, Расписной, уже! У всех чисто!

Но Влад, не слушая, задумчиво тарабанил пальцами по столу. Что-то он сказал сейчас такое, что-то важное…

Поднял глаза на Кудрявого.

– А у Серого тетка в какой больнице лежит?

* * *Кудрявый, недоверчиво кривясь, смотрел в бинокль на заброшенную деревню.

– Расписной, че-то хуйня какая-то, дома все разваливаются, ни собак, ни кур, даже кошаков нет.

– Смотри туда, – Расписной кивнул в сторону выезда, – деревня заброшенная, а дорога чистая. Здесь в том году ураган был, помнишь? Деревья падали. С той стороны, откуда мы приехали, хер проедешь, если б не хомяк. А с этой будто ездит кто-то. Здесь это. Надо только понять, где.

– Сучара сам покажет, главное, чтоб не успел зайти, а то… – тут Кудрявый опасливо покосился на скрипнувшего зубами Влада.