У меня в крови была какая-то дикая смесь наркоты, вообще странно, как я не откинулся с такого, – невесело хмыкнул он. – И он решил, что я связался с этим. И вытаскивать из такого он меня просто не захотел.

– Но ты не помнишь, как все было? – спросил Гидеон. – И доказать не смог.

– Я вспоминал все отрывками, не сразу. Но это не имело значения. Мой адвокат все равно ничего не сделал бы для того, чтобы меня вытащить, – он пожал плечами. – Но ничего, я еще поквитаюсь, – хмуро пообещал он, глядя в пространство.

– Каким образом и с кем? – спросил Гидеон, взяв его за руку, как когда-то.

Едва заметно вздрогнув, Макс повернулся к нему.

– Я знаю, кто меня подставил, – тихо ответил он, сжав руку Гидеона. – На рождественской вечеринке я отшил одну девчонку, сделал я это грубовато – прямо над ней, так сказать, сказав, что у меня на нее не стоит. На последней вечеринке, с которой меня замели, она тоже была, и угощала меня пивом. А потом у меня только отрывки воспоминаний.

– Ты уверен, что месть, это лучший выход? – спросил Гидеон, взглянув на него и вздохнув. – Она убивает тебя изнутри.

– И что ты предлагаешь? – спросил Максимилиан. Нет, он не жил местью все эти годы, но все его существо требовало возмездия.

– Придумать грамотный план, посоветоваться с юристом, разыскать материалы твоего дела и понять, в каком направлении двигаться. У тебя нет финансового парашюта, а если ты выкатишь обвинения, сам можешь нарваться на иск о клевете, – ответил ему Гидеон.

– Вообще-то я и не собирался врываться к ней домой и душить ее подушкой, – хмыкнул Макс.

– И пока у меня нет денег на все то, что ты сейчас озвучил, я и не собираюсь ничего предпринимать, я все это прекрасно понимаю.

– Просто я хочу знать, что ты не станешь делать глупости, – ответил ему Гидеон. Он зевнул и потер лицо. Он все еще был уставший.

– Ладно, я пойду лягу спать, иначе завтра усну на операции. А ты не геройствуй, восстанавливай силы.

– Я не стану делать глупости, – пообещал он. – Спокойной ночи, Джи. Да-да, ты тоже можешь идти, я не буду прыгать в окно и ломиться в дверь, – заверил Макс кота, когда тот проводил взглядом хозяина.

Кот только фыркнул и остался лежать у него на коленях, мол, глупый ты человек, не понимаешь своего счастья, что я лежу на тебе.

– Спокойной ночи, Макс, – пожелал Гидеон и ушел к себе.

– Ты образцовый медбрат, – улыбнулся коту Макс.

Он все же поднялся, чтобы умыться, когда ванная освободилась, но даже в душ лезть не стал, только почистил зубы и вернулся в комнату.

Кот все так же смирно дожидался его на постели, свернувшись калачиком возле подушки и кося на него ярко-желтым глазом и нетерпеливо помахивая хвостом.