К его удивлению, уже через несколько дней там появилось множество икон, и те, кто хотел, посещали эту комнатку исполняя свои нужды.

Собранный же кирпич, пока был сложен в аккуратные штабеля, чтобы в будущем из него отстроить загоны для живности. Сейчас, рыбная ловля обеспечивала не только нужды колхоза, но и оставалось, что-то на продажу. На вырученные средства покупался и картофель, и хлеб, и даже одежда для населяющих подвалы пацанов. Конечно хватало далеко не на все, но как-то выкручивались, восполняя самое необходимое. А построив загоны, вполне можно было бы вырастить тех же овец, благо травы вокруг вдосталь.

Или поросят — рыбы им на корм тоже хватает. Да будет мяско с рыбным вкусом, но это все же лучше чем одна рыба."

"Продразверстка не сильно коснулась обитателей бывшего храма. Разумеется, и их не оставили в стороне, но, во-первых, Длинный предъявил выправленные в исполкоме городского совета документы, согласно которым они числились не крестьянами, а предпринимателями, занимающимися ловом рыбы и ее продажей. А, во-вторых, он не отказывался от оплаты налога и предложил отгрузить рыбы столько, сколько нужно.

Видимо тот, кто занимался продразверсткой прекрасно понимал, что уже назавтра эта рыба загниет и от нее придется мало того, что, избавляться, так еще и отвечать за принятый вес и сохранность, на этом все и завершилось. Правда, чтобы получить полную «индульгенцию» Длинному пришлось частенько подкармливать исполком, отвозя туда особо интересные экземпляры, но в итоге никто не оказался обижен. Хотя, как выяснилось несколько позже, все это только казалось.

В конце августа, во время очередного посещения городского исполкома, до Длинного донесли скорбную весть о гибели Георгия Яновича Фридмана.

Как именно он погиб было не совсем ясно, точнее не афишировалось. Как это произошло разумеется знали, но Длинному эту весть подали в сильно урезанном виде, сказав лишь, что его покровитель погиб как герой, защищая обоз с продовольствием. Впрочем, было и так понятно, что взбунтовавшиеся крестьяне, видя, что их обрекают на голод отбирая последнее не стали дожидаться развязки, а просто перебили обидчиков.

Уже через неделю после похорон, Длинного вызвали в исполком городского совета, и объяснили, что Георгий Янович, не имел право оформлять документы на Семена Шумилова, так как последний не является совершеннолетним.

Тогда на это не обратили внимания, сочтя товарища Фридмана опекуном Семена, но сейчас, когда последний погиб, не хотелось бы попасть под пресс из-за нарушения закона. По закону для управления имуществом и заключения договоров, требуется возраст — семнадцать лет с попечителем, и только с двадцать одного года без него.