Как будто это она виновата в том, что муж и сын решили вычеркнуть ее за ненадобностью. Что была уже не такой молодой, что кому-то материнского тепла недодала.

И ладно бы Богдан. Тут еще можно было понять, ей уже не двадцать пять, а его потянуло на молодое, красивое тело. Но сын! Вовка, ее мальчик…

Все, довольно.

Секретарь сказала, что ее ждут, она толкнула дверь и поздоровалась:

- Здравствуйте.

Адвокат был мужчиной примерно ее возраста. Вполне обычная внешность, но умные живые глаза.

- Проходите, пожалуйста, садитесь, - показал ей на кресло напротив.

- Спасибо, - Марина уселась, чувствуя неловкость.

Труднее всего было начать. Пришлось опять переступать через себя. Мужчина слушал ее не перебивая, потом, когда она достала папку, сказал:

- Дайте, я посмотрю.

Стал читать, Марина ждала. Наконец спросил:

- Скажите, у вас совсем не было доли акций?

- Нет, - она ответила, чувствуя, что ее заливает холодом от странного смущения. – Фирма была оформлена на мужа, и пакет акций оставался в его единоличном пользовании. Он в этом вопросе придерживался единоначалия.

Адвокат смотрел на нее пристально, и в его взгляде читалось:

«Что же вы так? Совершенно не позаботились о себе?»

Марина застыла с приклеенной неловкой улыбкой.

Глупо и недальновидно, да. Умная женщина никогда не осталась бы вот так. А она… Она просто доверяла. Муж и сын, у нее никого не было роднее и ближе, разве она могла представить…

Но вот адвокат пролистал документы в папке и сказал:

- Смотрите, составлено очень грамотно, тут вряд ли что-то удастся оспорить. Дарение без права перепродажи, с условием, что даритель может выкупить обратно пакет акций, но не раньше чем через год.

Тот-то Богдан все твердил, что это временно.

Марина закрыла лицо рукой. Все продумано и сделано так, чтобы ей ничего не досталось при разводе.

Каково это было осознать?

- Но, - начал адвокат. - Есть другие возможности.

Марину аж повело. Ну да, конечно. Богдан ведь предлагал ее компенсацию, в случае, если она подпишет соглашение на развод без раздела имущества.

И тогда он не пустит в ход состряпанные им (или его куколкой, неважно) обвинения в распространении конфиденциальной информации, касающейся планов заказчика, и позволит ей тихо уйти в закат с некой суммой денег. А сам благополучно женится на дочке инвестора. Идеальный план.

Как сказал сын?

«Подумаешь, разведетесь фиктивно. Что такого? Это же ради дела. Нашла из-за чего переживать. Ты получишь хорошие отступные. Сможешь даже ко мне приезжать, когда захочешь».

Так обыденно и цинично. Собрались папа и сынок, порешали. Всем хорошо.

Боль по-прежнему была яркой, словно от перелома, но сейчас злость на ситуацию, в которой она оказалась, перекрывала все. Просто горела огнем.

- Какие возможности? - она резко подалась вперед.