Мужчина выходит и открывает мою дверь, галантно подавая руку.

Смотрю на него несколько секунд и умоляюще поднимаю брови.

- Прошу, не надо…

- Это будет весело, - коротко усмехается он. – Не заставляй нас ждать.

Понимая, что у меня нет выбора, тяжело вздыхаю и беру протянутую руку.

Как только мы подходим ко входу, шумная толпа замирает. Мужчины и женщины смотрят на нас так, словно увидели каких-то знаменитостей.

Молчание длится несколько секунд, а потом обрушивает шквал голосов. Улюлюкания, приветствия! Крики, гомон! Что-то невообразимое!

Но Дикари не обращают на собравшихся никакого внимания.

Держа меня за руки, они уверенно идут вперёд к боковому входу. А я всё понять не могу, чем эти двое заслужили такое приветствие публики?

Как только мы входим, рядом с нами тут же оказываются несколько человек.

Все – мужчины.

Двое из них кажутся мне ещё более пугающими, чем Ник и Арс. Накачанные, жёсткие тела. Устрашающие взгляды. Они уже переоделись для боя и преграждают нам путь, недобро глядя на Дикарей.

- За вас сегодня девка драться будет? – насмешливо спрашивает один из бугаёв. У него на лице, прямо под правым глазом, виднеется старый белёсый шрам. Нос кривой, как и у Арса, только выглядит гораздо неприятнее. Словно мужчина ломает его каждый месяц, и он не успевает заживать, только сильнее распухая.

- Смешно, - отзывается Арс без тени веселья, протягивая ему руку. – Рад встрече, Яр.

Человек со шрамом сплёвывает на пол и отвечает на рукопожатие. Они сцепляют руки с такой силой, что я, кажется, слышу, как трещат их кости. Впиваются друг в друга враждебными взглядами и словно в армрестлинг играют.

Этот Яр, как его назвал Арс кажется крупнее и старше. Неужели это и есть подин из противников Дикарей? Один из тех, кому меня могут проиграть…?

От этой мысли дыхание перехватывает… мне становится дурно, и ноги подкашиваются.

Пошатываюсь на высоких каблуках, но в этот момент меня подхватывает сильная рука. Это… Ник…

- А вот и любимый сын депутата Громова, - из-за спины Яра выходит другой, лысый. Его голова блестит на свету, а лицо, наоборот, покрыто густой бородой.

- Майки, - глаза Ника недобро блестят. – Как твои зубы? Надеюсь, импланты были недорогими? Обидно будет, если после сегодняшнего боя тебе придётся снова тратиться.

Я ничего не понимаю… Почему Ник называет этого громилу «Майки»?

- С зубами нормас, - усмехается мужчина, и я вижу ряд золотых зубов у него во рту. – А как твой друг? – «Майки» повышает голос, говоря нарочито громко. – Арсюша, ты меня слышишь?

Арс, всё ещё пытающийся победить Яра в импровизированном армрестлинге даже бровью не ведёт.

- Отлично, - лысый выходит вперёд.