– Зарплата маленькая, зато халтурка есть. Родственники приплачивают, когда надо покойника образить.

– Это как – образить? – не поняла девушка.

– Помыть, побрить, одеть да причесать. Что же здесь непонятного? – развел старик руками. – Чтоб он в гробу лежал хорошим да пригожим, постараться нужно. Васька у нас работает, сменщик мой, он по гриму мастер на все руки, так разрисует, любо-дорого посмотреть. Краше, чем когда живым был, в гробу человек лежит, – снова хохотнул веселый старик. – И родственникам приятно, и ему хорошо, Ваське лишний рубль никогда не помешает. Ну, пошел я, заболтался совсем, – спохватился он. – А ты не бойся, иди, не то ждать будешь до морковкиного заговенья.

– Морковкиного чего? – икнула Валерия, таращась то на старика, то на дверь.

– Ступай, говорю, не то ждать долго будешь. Ефимыч только-только работать начал, минут двадцать назад, – повысил голос старик, словно перед ним стояла глухая тетеря.

– Да, да, сейчас, – механически кивнула девушка. – Вот только немного посижу и пойду… сразу и пойду, – стекая на стул у стены, пролепетала она.

– Ну-ну, я вижу, – вновь усмехнулся старик и засеменил к стеклянному шкафчику. Взяв пузырек темно-коричневого цвета, он вернулся к Лере. – На вот, понюхай, мозги сразу прочистит, – проговорил он и сунул в руку девушке пузырек с нашатырным спиртом. – Ох, молодежь-то совсем хлипкая пошла, – покачал он головой и проворно скрылся в недрах бесконечного коридора.

Валерия некоторое время сидела, собираясь с силами, а потом, отвинтив крышечку пузырька, поднесла его к носу и глубоко вдохнула. Резкий запах аммиака ударил в ноздри и, казалось, достал до самых отдаленных уголков мозга. Из глаз девушки брызнули слезы, и она быстро захлопала ресницами.

– О черт, какой сильный, однако! – выдохнула она. – Действительно, мозги прочищает, старик прав.

Посидев минут пять, Валерия энергично тряхнула головой.

– Сиди не сиди, все равно ничего не высидишь, детектив Протасова, – пробормотала она. – Нужно взять себя в руки и смело топать в анатомичку. Старик совершенно прав: покойников бояться нечего, опасаться нужно живых.

Девушка быстро встала, стремительно пересекла небольшую комнату и так же быстро, чтобы не передумать, распахнула дверь в анатомичку. На нее пахнуло резким, своеобразным запахом, который бывает только в моргах. На мгновение задержавшись в дверях, Лера напряглась, а потом решительно вошла в помещение. Она увидела стоящего к ней спиной доктора, склонившегося над металлическим столом, на котором лежал мертвый человек. Только она раскрыла рот, чтобы позвать патологоанатома по имени, как он сам обернулся.

– Прошу прощения? – нахмурил врач брови.