— Гораздо практичней самовара, — улыбнулась княгиня, заметив мой интерес, — разжигать ничего не надо, дыма нет, а воду кипятит быстро. Был один немец при дворе Анны Иоанновны, он и сделал. Весёлый, задорный, ухаживать за мной пытался. Прислал чайник в подарок, а сам слёг с горячкой да и помер.

Марья Алексевна вздохнула, вспоминая молодость. А мне в голову лезли разные мысли. Механические лошади это хорошо, бесспорно. Но они продукт штучный, сильно много не продашь, да и умения требуют. Пожалуй, неплохо ещё и мелочёвку производить, вроде этого чайника. Цена будет небольшая, наладить сбыт легко, и не только среди высшего сословия, но и по мещанским лавкам…

— О чём задумался, Костя? — княгиня протянула мне чашку с чаем.

— Ерунда, — я кивнул и сделал глоток, — идеи для торговли появились.

Она насмешливо подняла бровь.

— Ты смотри, ночь на дворе, а он всё о делах думает. Далеко пойдёшь, Костя, помяни моё слово.

— Да ладно вам, Марья Алексевна, обычное дело."

"— Ага, обычное, — она рассмеялась, — дворяне в твоём возрасте о балах думают, о гулянках, о картах да где денег занять под карточные долги. За ум годам к сорока берутся, и то не все. А уж при дворе думать положено о делах сердечных, да об интригах, как кого подвинуть. Кстати, попадёшь туда, не говори о торговле, засмеют и мещанином посчитают.

— Я и не собирался ко двору, Марья Алексевна, не моё это.

— Э, Костя, от твоего желания ничего не зависит. Захочет матушка-императрица себе новую игрушку, некроманта тёмного — будешь обязан мрачным видом фрейлин да придворных пугать.

Я поперхнулся чаем.

— Не слишком радужная перспектива.

Марья Алексевна развела руками.

— А что делать, Костя, что делать. В этом мире от нашего желания мало что зависит.

Мы немного помолчали, каждый раздумывая о своём, и Марья Алексевна сменила тему.

— Спасибо, что попросил Настасью переслать мне письма. Если бы не ты, мы бы с ней никогда не помирились. А теперь хоть поговорить есть с кем, повспоминать старые времена.

— Марья Алексевна, простите за бестактный вопрос, из-за чего вы с ней поссорились?

Княгиня грустно улыбнулась.

— Из-за дяди твоего и поругались. Он, знаешь, какой был? Ух! Красавец, обходительный, галантный, щёголь, каких мало. Как взглянет, как ус покрутит, аж коленки слабеют. Не он за девицами бегал, а они за ним. Хоть фрейлины, хоть девки дворовые.

Взгляд княгини затуманился, будто она вспоминала что-то.

— Это сейчас я старая, на Бабу-Ягу похожа, а в молодости была хороша, очень хороша. Да и дядя твой мне знаки внимания оказывал. Одно плохо — он с собой в Петербург привёз Настасью, чтобы дом держала. Так она тоже красоткой была и в спальню к Василию Фёдоровичу бегала. А мне, уж извини, он целиком нужен был. Вот и не поделили мы его.

Она вздохнула.