— А несколько дней назад он прямо-таки взбесился. Я заявила ему, что больше не могу делить его с другой женщиной. Не могу оставаться в тени. Поставила ультиматум, как любая уважающая себя женщина: либо я, либо она. Артема это взбесило, он не хотел меня отпускать. Но в офисе при свидетелях он не решился ничего мне сделать. Вернулся ко мне ночью и… — На ее глазах появляются слезы, она говорит настолько убедительно, что даже мне становится ее жаль. И даже я верю в сказанное.

А ведь я и в самом деле видела ее в офисе в тот день. Правда, выглядела она совершенно не как оскорбленная женщина, скорее как та, кто спит с чужим мужем, а потом открыто смотрит в глаза жене. И, подходя к кабинету Артема, никакого скандала я не слышала. Но кто-то же ее побил…

— Простите, я не могу об этом говорить. — Она зажимает ладонью рот и громко всхлипывает. На этом ""минута славы"" Сотниковой завершается.

Если дело предали огласке и разожгли настоящий конфликт, то решить все мирным путем будет сложно. К тому же, судя по выражениям Лины, мирное решение ей и не нужно. Здесь скорее пахнет обиженной недооцененной женщиной, которая решила отомстить бывшему.

Кажется, правило бумеранга все же действует. Правда, запоздало. Прилети он в Полянского лет шесть назад, я бы радовалась, а сейчас все, что ощущаю, — это горечь. Ведь этот вечер мы могли провести совершенно по-другому, а не в нервном ожидании хоть каких-то новостей.

Ночью мне не спится, телефон постоянно держу рядом с собой. Но все бесполезно. Я уже и так знаю, что Артема не выпустят до тех пор, пока суд не выберет ему меру пресечения. Общественность не одобрит. Слишком крупная и известная персона Артем.

Поэтому утром через свои связи я пробиваю, где именно держат Полянского, и устраиваю с ним встречу. Я не хочу оставаться в неведении. В конце концов, я тоже могу помочь.

Глава 20

Все новостные ленты забиты статьями и фотографиями Артема и Лины. Громкие заголовки вызывают во мне тошноту. Желтая пресса знает свое дело, всего за одну ночь они наполнили сеть сплетнями и раздутыми подробностями случившегося. А вот PR-отдел Полянского отстает. Или же, лишившись связи со своим лидером, никак не может принять решение и действовать самостоятельно.

Артем находится в камере временного содержания. Я не сомневаюсь, что устроился он с комфортом, единственное, что меня беспокоит, — его так и не отпустили. Значит, все намного серьёзней, чем он предполагал.

Я с трудом нахожу место, чтобы припарковаться. Выхожу из машины и быстрым шагом направляюсь к серому зданию. Три ступеньки вверх, и я замираю от неожиданности. Из двери появляется Полина. В строгом костюме, с сумочкой в руках. Растерянно бегает взглядом по сторонам, пока не замечает меня.

Мы застываем друг напротив друга.