– Маркус!

Поморщился от досады, когда услышал знакомый голос. Томас ди Вайлет, член Совета, известный боевик и крупная заноза в заднице всех магов Бездны. Оглядевшись, я отыскал его, засевшего в укрытии за столбом чуть дальше. Он тоже был в плаще магов Бездны, пусть и не являлся одним из нас.

– Мне нужно знать, есть ли внутри гражданские и одержимые первой и второй стадии.

– Кто бы сомневался, – пробормотал я, отчего серые глаза Томаса опасно сузились.

– Ты со мной? – спросил, взглянув на брата."

"– Конечно, – он выпрямился, создавая в обеих руках плетения щитовые плетения.

Я последовал его примеру, впрочем, уверенный, что щиты снесут в первые же минуты рывка. Вот только магистр‚ заноза в заднице‚ любит отправлять меня в пекло. Все надеется, что подохну, но я, естественно, не собираюсь доставлять ему такое удовольствие.

– Я готов, – сообщил Николас.

– Тогда вперёд, – подмигнул брату, и первым покинул укрытие.

Глава 5

Маркус

Дождь, казалось, усилился, затмевая взор, стекая ледяными струями по лицу. От окон третьего этажа в нашу сторону понеслись новые потоки огня. Как я и предсказывал, пара минут и щиты истаяли. Но следующего укрытия – конюшни с обвалившейся крышей – мы достигли.

– Как дела у Рыжика? – спросил, имея в виду супругу Николаса, когда оперся на стену конюшни спиной.

– Изабель грозится выселить меня на софу, – рассмеялся Николас. Он мельком выглянул за угол конюшни. Но тут же отпрянул, чтобы избежать новой магической атаки.

– За что?

В этой семье царили мир и покой. Они понимали друг друга с полуслова. Их резервы были созвучны, они образовали нерушимую и редкую связь под названием резонанс. Большинству магов оставалось только мечтать о подобном.

– Я мотался на границу с Меорисом. А там временная разница.

– Десять часов?

– Да, я переставил часы на их время и забыл. Опоздал на свидание.

– За такое тебя не на софу, а сразу в конюшню ссылать, – хохотнул я, внимательно следя за магическими нитями в своих руках, формирующимися в сложный узор.

– Так я уже, – тяжко вздохнул брат и тоже рассмеялся.

В их случае ссоры лишь повод разнести в порыве страсти пару комнат. Я редко влезал в голову брата, но сейчас ощущал его чувство вины перед супругой.

– Получи ранение, пусть лечит и жалеет.

– Она меня за ранение убьёт, – фыркнул брат, вновь мельком выглянув из-за укрытия. – Еще десять секунд и от конюшни ничего не останется.

– Почти готово, – пробормотал я, совершая последние пассы.

– Маркус, – протянул Ник. – Либо сейчас, либо бежим.

– Готово, – мы рванули прочь от конюшни, которая тут же взорвалась за нашими спинами. Благо Николас закрыл нас щитом от взрывной волны и огня.

Плетение сорвалось с моих ладоней, ударило в стену особняка. Камни задребезжали, зашевелились, словно живые.