– «С днем рождения» надо говорить! Эх ты!

– И с днем лождения тозе, – не теряется Маша, чмокая склонившегося к ней Брагу в щеку. – У меня есть подалок!

– У нас у всех есть, мы сами сделали, – поправляет Гриша. – Он внизу.

– Сами сделали? Кто-то мне говорил, что лучший подарок – это тот, что сделан своими руками. Дядя Марат, кажется.

– И что же он тебе подарил?

– Тозе бусики из макалон?!

– Т-ш-ш, Машка! Это ж сюрприз!

– Ой! – Маша делает страшные глаза и прикрывает ладошкой рот. Арс, не в силах не улыбаться, прячет лицо в дочкиных волосах. Те сладко пахнут детством, осенью и… счастьем.

– Так что тебе подарил дядя Марат?

– Вашу маму!

– Арсений! – шикает Марфа.

– Это как? – сводит брови Степан.

– Вот так. Благодаря дяде Марату мы с вашей мамой познакомились.

– И все? – разочарованию детей нет предела. – Тоже мне подарок. У нас лучше.

– А вот это обидно, – бурчит Манюня. Арс игриво проходится по ее попке ладонью. Все вместе спускаются вниз, в игровую, где хранятся Брагины подарки.

– Вот! – первым свой презент Арсу все-таки вручает Степка.

– Бусы из макарон? Красота какая!

– И у меня.

– И у меня бусики!

Брага подставляет голову, чтобы надеть украшения. Марфа со смеху покатывается в углу.

– В этом есть какой-то подвох? – интересуется Брага, обозревая свою голую в бусах грудь. – Почему бусы?

– Потому что в них ты, как я и думала, похож на вождя какого-нибудь племени, – смеется Маняша. – Тебе бы шкуру еще на плечи…

– Вот, выходит, какие у моей женушки фантазии? Хочешь дикаря? – рычит Брага и кусает Марфу за плечико.

– Тш-ш-ш! – шикает та. – Ты совсем?! – кивает на хохочущих над ними детей.

– Да ладно тебе. Они ничего не поймут.

– Ты их очень недооцениваешь.

Брага лишь рукой машет. Скрывать от детей свои чувства к их матери он не считает нужным.

– А твой подалочек где? – хлопает ресницами Маша, забираясь к Марфе на руки.

– И правда? – улыбается Брага. – Где?

– Бедный-бедный наш папа! Всего сорок пять, а уже склероз…

– Сто такое склелоз?

– Неприятное заболевание. Когда все-все забываешь. – Марфа целует дочь в нос.

– И ничего я не забыл! Просто уточняю, ввиду… эм… так скажем, сложностей в осуществлении задуманного.

Пока родители перебрасываются непонятными словами, дети теряют к ним всякий интерес. А у Браги опять звонит телефон.

– Это мама…

– Дай сюда! – Марфа осторожно пересаживает дочь на пол и отбирает у мужа телефон.

– Эй. Что такое?

– Ага! Опять соляр. А ведь я русским языком просила человека больше их тебе не дарить. Извини за самоуправство, я больше никогда так не буду делать, но это сообщение я удалю!

– Это еще почему? – оторопело моргает Брага.