Идти я не хотела и, вцепившись в руку Ричарда, упрямо продолжала стоять на месте, не желая бросать своего мужчину в такой момент. Но мое упрямство длилось недолго — повернув ко мне голову, Барретт посмотрел так, будто напомнил, что один раз я не послушала его, и это ни к чему хорошему не привело. ""Иди"", — прочла я в его глазах и нехотя отпустила его предплечье.

Стоя у перил, с высоты верхней палубы я наблюдала, как катер с небольшим экипажем ""Альгамбры"" пришвартовался к ""Нарушителю"", и Назари, который, взял себя в руки, невозмутимо беседовал со своими людьми.

Вокруг них собрались гости и тоже внимательно слушали рассказ потерпевших об аварии. Я пристально всматривалась в лица, пытаясь определить настроение окружающих, и, к своей радости, не чувствовала в атмосфере страха или паники, скорее, сочувствие к Назари. Многие подходили, успокаивали, дружески хлопали по плечу, но удивило другое — поведение Барретта: он был в числе первых, кто подошел к Назари с предложением о помощи. Надо было отдать должное арабу — он быстро справился с эмоциями и теперь хладнокровно выслушивал слова сочувствия, пока вдалеке виднелось светлое пятно ""Альгамбры"", которая тихо, без киношных спецэффектов и прочей бутафории, уходила ко дну.

Минут через пятнадцать все участники происшествия, включая Назари, Барретта и нескольких мужчин, погрузились на катер и умчались в сторону материка, пока мистер и миссис Чанвит, приняв на себя роль хозяев, провожали гостей. Глубокой ночью, разгуливая по верхней палубе, не в состоянии уснуть от тревоги, я увидела движение — к месту происшествия подплыли несколько полицейских катеров.

Были слышны голоса, но разобрать среди них знакомые я не могла. Покружив рядом и с нашей Косаткой, они спустя время уехали.

Можно было не сомневаться, что крушение яхты было делом рук Барретта. Уверена, что доказательств никто и никогда бы не нашел, но я боялась за своего мужчину. Вспомнив спокойный взгляд Ричарда на Назари, его уверенные действия, я отрицательно покачала головой: нет, Барретт, который всегда и всё просчитывал наперед, определенно знал, что делал. Я была уверена, что крушение ""Альгамбры"" было лишь одним из звеньев в цепи событий, запланированных Барреттом, из чего следовало, что Ричард держал араба на контроле и не боялся выпадов с его стороны.

"

"Несмотря на то, что моя интуиция молчала, сердце было не на месте. На связь Барретт не выходил, и если бы не мой верный союзник Лат, который уехал вместе со своим хозяином в компании нескольких партнеров, я бы сошла с ума от беспокойства. Созваниваясь с Латом, я каждый раз получала его заверения, что Ричард в полном порядке.