В глазах щиплет от усталости, от всего, что навалилось за прошедшее время, но, встретившись с насмешливым взглядом, упрямо поднимаю подбородок.

Отворачивается. Мое состояние не особо заинтересовало мужчину. Понятно. Проблемная девица, урон дорогому автомобилю. Как он меня еще не прикопал в соседствующем с трассой лесочке?

И хотя мне должно быть глубоко наплевать на реакцию незнакомца относительно моей скромной персоны, но что-то не отпускает.

Обида, быть может. Не на этого конкретного мужчину, а на жизнь в целом.

Я замкнута, внутренне одинока. За всю жизнь у меня был только Роб, и я к нему привыкла. Слишком многое пришлось выстрадать и потерять, реабилитация и облом всех надежд. Не было времени ни на разгульную студенческую жизнь, ни на веселые тусовки.

Сначала я вкалывала на мечту – завоевать олимпийское золото, потом приходила в себя после длительной реабилитации и впахивала, пытаясь свести концы с концами.

– И что скажешь?

Раздается густой голос, напоминающий бархат, но сами интонации кажутся мне пренебрежительными. А глядя в презрительные черные обсидианы, мне становится больно. Накатывает отчаяние. Наперевес с пониманием, что я попала.

– Там царапина!

Мой голос наполнен тревогой.

Улыбается белозубо. Передо мной взрослый мужчина, опытный. Такие продают и покупают по щелчку пальцев.

Ужасный день. Адовый. Столкнувший меня с настоящим демоном. Просто чувствую, что ничего хорошего этот человек, отягощенный властью и деньгами, в мою жизнь не привнесет.

– Эта царапина может стоить как твоя колымага, – отвечает спокойно. Озвучивает факт.

Прикусываю губу и почему-то кажется, что он следит за каждым жестом.

– У меня нет таких денег! Как мне выкручиваться?!

Вопрос в никуда.

Мужчина улыбается криво. Кажется, ирония его конек.

– Аппетитная задница у тебя имеется, подключи ее, может, что и выгорит…

Говорит вскользь, как данность, а я сжимаю зубы и понимаю, что мне нечего возразить, я вляпалась!

– Права хоть у тебя есть?!

Вскидывает смоляную бровь. Взглядом прибивает к земле. Подобный стиль общения высокородного с низшим заставляет поджать губы в попытке сдержать характер, но он у меня плохой и ничего не получается.

– Вот на ты мы не переходили. Это во-первых, а во-вторых…

Резко делает шаг в мою сторону, заставляет замолчать, проглотить окончание фразы вместе с последним глотком кислорода под черным взглядом, полыхнувшим раскаленной магмой.

– А во-вторых, красивая, притормози на поворотах, ты уже врезалась, не нарывайся. Итак, – делает паузу, как ни в чем не бывало меняет тему и, не отпуская меня из плена взгляда, спрашивает: – Машина у тебя застрахована?

– В этом-то проблема.