Но за год тесной работы он стал родным высокомерным гадом и расставаться с ним не хотелось.

Мы с моей маленькой рабочей командой решили причинять Пашке добро, собирали деньги по возможности и анонимно помогали коллеге. У его жены Оксаны обнаружился рак третьей стадии, но прогнозы хорошие, только лечение дорогое. А сам Пашка, когда о диагнозе узнал, совсем угрюмым стал и рычал на всех без конца. Но мы не обижались, все прекрасно понимали что мужику не сладко. А вот то что показатели рабочие упали, крайне плохо. Дим Саныч бы закрыл глаза, а вот новый шеф нет. Но ничего, справимся!

Выскочила из своего (или уже нашего) со Стас Михалычем кабинета и поскакала в фотостудию, делиться новостями с друзьями. Как-то так повелось что для важных переговоров или просто потрепаться мы собирались именно там.

–И как нам спасти того, кто даже не в курсе что его спасают? – уточнил Илья, наш фотограф и мой близкий друг, после моего рассказа о Пашке. Мы втроем удобно устроились прямо на полу, на многочисленных подушках, которых у Ильи в избытке.

–Не рекламу же вместо него настраивать… -Задумчиво произнесла Танька, бухгалтер и по совместительству моя лучшая подруга. Я резко подняла глаза, а почему бы и нет?

–Ну и как ты себе это представляешь? – скептически поднял бровь Илья.

–Пока не знаю, но придумаю, – решительно произнесла и встала. Обед закончился, а новый шеф, к моему великому сожалению, нет."

"К концу недели Стас Михалыч достал всех! Сотрудники выли в голос от его вечных переделок и придирок, кое-кто всерьез решил увольняться. А я переименовала нового шефа в общем чате на «Кудрявый Геморрой», чем заслужила одобрительные взгляды коллег. Ну шефу все-равно, он не видит, а нам хоть какая-то отдушина.

Наконец-то наступила пятница, а значит впереди два дня выходных. Но…

Глава 2

Наша кампания арендует два этажа высоченного офисного здания. Я вышла на улицу и прищурилась от яркого солнца. Жара была практически невыносимой, тело, затянутое строгой офисной одеждой, мгновенно покрылось испариной. Ноги под резинкой чулок взмокли, стало неуютно.

Огляделась по сторонам и обомлела. Прислонившись спиной к моей машине стоял Демьян. Мой охранник, он же нянька с 14 лет.

Мой переходный возраст дался отцу тяжело. В отличие от своей старшей сестры я бунтовала, иногда выдавая такое, что папа просто за голову хватался. А папа у меня полковник полиции, да. Много чего повидавший за свою длинную и насыщенную карьеру.

Когда мне исполнилось 14 в нашем доме появился Демьян Гордеев, тогда еще лейтенант, работающий под папиным началом.