Едва сдерживая рвущиеся на свободу гормоны, мы поспешили окончить путешествие и предаться любовным утехам. Мы занимались этим сначала в бассейне, потом — у камина на мягком ворсистом коврике, под негромкое потрескивание огня, озаряемые вспышками пламени. Мы любили друг друга в оранжевых бликах, которые как будто играли в салки, появляясь на самых неожиданных местах тела. Это были огненные зайчики, жизнь которых — длиной в миг.

В другом конце гостиной на столике стояла ваза с моими алыми розами, на которые время от времени я смотрела, открывая глаза. Мне было приятно видеть этот величественный, торжественный букет, цвет которого полностью соответствовал бушующим рядом страстям.

Мы так легко смогли довериться друг другу. Отбросив ханжество, мы решили не терять времени. Оно слишком быстротечно, чтобы разыгрывать дешевые спектакли. Зачем мне ждать еще день, неделю, две луны, чтобы со спокойной совестью ответить «да» на предложение переспать? Если мужчина мне нравится, если я нравлюсь ему — кому нужно играть комедию недоступности и ложного понятия о джентльмене? Мы хотим друг друга, мы не связаны ни с кем обязательствами, так почему нет?

Испытывая блаженство после очередного полета моего тела в страну наслаждений, я так не хотела возвращаться обратно.

Даже этот райский уголок, созданный Ниловым буквально в пяти километрах от города, в лесной чаще, не был идеальным пристанищем для женщины, только что пережившей мультиоргазм. Ни одно самое роскошное, удобное, продуманное, сказочное место не способно достойно принять возвратившуюся из сладостных путешествий белокурую диву. Это я о себе. Я дивная, я прекрасная и, что главное, — удовлетворенная.

Поглаживая мою грудь, Артем целует меня в мочку и шепчет, что еще никогда ему не было так хорошо. Мысленно я отвечаю ему тем же. Новый мужчина — всегда загадка, всегда опасность разочарования. Но мне чаще везет. Наверное, это компенсация за три неудавшихся брака, за те страдания, которых я не смогла избежать, расторгая их. И если с первым мужем все было больше похоже на игру, то в двух других случаях это были удары ниже пояса.

— Ты такая красивая, — Артем поцеловал меня, вкладывая в этот поцелуй все свое ощущение нескрываемого восторга.

 — Я так боялся, что ты окажешься Снежной королевой — холодной и неприступной…

— А я? Какая я? — Мне нравился тембр его голоса и все, что он говорил.

— У тебя самая сексуальная мочка в мире, — осторожно целуя меня в ушко, прошептал Нилов. Потом он опустился ниже и, целуя меня в мгновенно отреагировавшие груди, улыбнулся: — Эти две близняшки всегда наготове! У тебя все тело — сплошная эрогенная зона.

— Да, и это не всегда мне помогает в жизни, — игриво засмеялась я, перекатываясь на живот.