О погроме сообщили соседи, услышали шум, позвонили в полицию, а потом одна из соседок, знакомая Вики, позвонила и ей, понимая, что та известит об этом саму Таю.

– Ты мне пряжу принесла? – Это было первое, о чем спросила подругу Тая.

– Ты сбрендила, что ли, Тайка?! Тебя хотели убить, а ты о своей пряже думаешь.

– Вязание меня успокаивает. Ты же знаешь.

– Да принесла я тебе твою пряжу."

"– Надеюсь, ту красную, что лежала на столике, и рукав, да? Ты же знаешь, чей это заказ.

– Да знаю я, ты что, проверяешь мою память? Я же сама лично принесла тебе пряжу от Лены. Но ты чего кипешуешь-то? Времени у тебя еще целый месяц! Успеешь ей к гастролям связать свитер. Вот, держи свое богатство!

И Вика вручила ей пакет. Тая открыла и улыбнулась – там помимо красной пряжи были еще все цветные клубки из корзинки. И блокнот с записями и расчетами петель, и спицы, ножнички, ограничители, булавки!

– Спасибо тебе, Викуся, ты – настоящий друг! – Тая обняла подругу.

– Как теперь жить-то собираешься? Я вот лично предлагаю тебе немедленно куда-нибудь уехать. Хоть на море, хоть ко мне на дачу, хотя там тебя могут вычислить, хоть снять дачу где-нибудь поблизости от меня… Какая-то чертовщина происходит, и я не могу это объяснить. А что следователь говорит? Он хотя бы извинился, что к тебе не приставили вовремя охрану? Тебя же могли убить…

И тут Вика разрыдалась. Растрепанная, без грима, с покрасневшим носом и веками, она показалась Тае моложе лет на двадцать и вообще напоминала обиженного ребенка, у которого чуть не отняли любимую игрушку.

– Викуся, ну не плачь. Видишь, я жива и здорова. И плечо уже меньше болит. Меня выпишут, может, уже сегодня. Вот только договорюсь о перевязках. Хотя…

Она не знала, как сказать Вике, что она боится возвращаться домой, где у нее «погром». Ей было даже страшно представить себе, что «эти уроды» сделали с ее чистенькой и уютной квартиркой.

– Ноты валяются на полу… Вся одежда из шкафов вывалена… В кухне крупы рассыпаны. Тая, они точно что-то искали!

– Нет, я, пожалуй, побуду еще в больнице. Я должна привыкнуть к мысли, что, когда вернусь, мне предстоит большая уборка. Постараюсь отнестись к этому факту философски. Подумаешь, крупу рассыпали.

И Тая, устроившись на кровати, достала пряжу и спицы.

– Ты что, собираешься сейчас вязать? А как же я?

– Вика, когда вязание мешало там с тобой разговаривать? Садись вот в это удобное кресло, доставай из холодильника яблоки там, груши, не знаю, и давай позавтракаем. Можешь, кстати, сварить кофе, кипятильник в тумбочке, там и вода, кофе, сахар… И давай попробуем не говорить о том, что случилось ночью. Ну ясно же, что меня с кем-то спутали, правда, как-то очень уж серьезно спутали…

– Постой… Только один вопрос.