Ускорился, насколько возможно, чуть не выплюнув лёгкие. Сделал пару петель, чтоб «запутать следы». Впереди оказалось поваленное деревце с пышной кроной. Не знаю, кто его завалил, вроде тяжёлых ударов здесь не было. Но сейчас наплевать!

Вместо ненужных мыслей, подпрыгнул, что было сил и перелетел через крону. При этом упал, отбив зад. И где тот эффект после зелья, когда мог прыгать с высоты дома, не боясь сломать кости?

— Ай, дархс! — крикнул я, понимая, что все катится к черту.

Тут заметил пистолет, лежащий совсем рядом. Сзади послышался рык. Горский попал мне в спину своим зарядом. Но я лишь растянулся на брусчатке, так как магия папаши окончательно сдулась.

— Все, молись, сучий потрох! — орал Павел, продираясь через крону декоративного дерева.

Он быстро пошел на меня, желая растоптать хрупкое тело, как мелкое насекомое.

— Молюсь, и прикинь, помогает! — резко бросив в ответ, перекатившись и схватив пистолет.

Рядом врезались магические стрелы. Мой палец нажал спусковой крючок, и ночь разорвал громкий выстрел.

— Ааа, ты… Вот поганец! — прокряхтел Горский, упав на колени.

Он открыл рот и вытаращил глаза. Наверняка Павлу казалось, что это сон. Ведь простой слабый школьник не мог его завалить. Он — влиятельный дворянин, сильный во всех смыслах мужчина, скорбящий отец, который жаждет отмщения. Он готов порвать любого. Одолеть его тупо не выйдет даже у отряда спецназа, не говоря уж о…

Короче, Павел впал в ступор, трогая рану на животе, будто та была нереальной. Кровь медленно потекла под одеждой. Дыхание Горского сбилось. Он больше не мог лупить магией, да и мощными кулаками.

Видя это, я встал, чувствуя боль во всем теле. Несмотря на жалкое положение противника, крепко сжимал в руках ствол, решив сохранять дистанцию.

— Исчадие ада! Сучонок, тебя найдут, — выпалил Горский, после чего громко закашлялся.

— Да ну, правда что ли? — рассмеялся в ответ. — Меня не надо искать. Адрес они уже знают. Точней узнали недавно, когда пришли сжигать дом. Пусть заходят ещё. Только теперь сожгут их, — сказал, рассматривая раненного ублюдка.

— Что ты несешь, гаденыш? Ааа, черт, больно… Какой ещё нахрен дом? — простонал Горский, падая на четвереньки.

— Хм, большой. Красивый такой… В лесу. Отделанный правда не очень. Но вы решили это исправить. С помощью бутылки с бензином! Или что твои клоуны применили? — сказал, готовясь прострелить башку дятлу.

— Аха-ха, ай, твою мать. Шизанутый малолетка! Охо-хо, чтоб тебя… На кой черт моим парням твоя вонючая хата? Я должен мстить за сына! А не в игрушки играть. Дышать нечем… — смеясь промямлил противник, почти теряя сознание.

Либо это двойная игра, либо дом поджог ещё кто-то. Перед смертью нет смысла врать. Да и вообще, к чему эти бредни? Скорей всего Горский меня не палил.