— Круто, Марусь, очень красивая!

— Да! А еще он говолит, что в следующий лаз плинесет мне медведя. Вот такого!

И она чертит в воздухе огромный овал.

— Здорово, Марусь.

— Смотли, какая налядная!

Она полностью переключается на куклу, а я вытягиваюсь во весь рост.

— Ты что здесь делаешь? — спрашиваю у парня тихо.

Мы стоим рядом, плечо к плечу, но я не смотрю на него. Продолжаю улыбаться сестре и слушать ее лепет.

— А ты? Мы же договорились, что ты сидишь дома.

Он тоже смотрит на нее, хоть и разговаривает со мной.

— Да, но, я не могла не прийти к сестре, я всегда прихожу после школы.

— Как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше, большое спасибо.

Осматриваюсь. Замечаю, что вместо Валентины Петровны за детьми присматривает другая воспитательница.

— Странно, — произношу вслух.

— Если ты о Шубиной, то она здесь больше не работает.

— Валентина Петровна? Но как?

— Уволена за взятки. Поймана с поличным, она не только из тебя тянула деньги.

— Но…

— На ее место взяли другую сотрудницу, которую мы сами порекомендовали. Она будет присматривать за твоей сестрой максимально хорошо, насколько это возможно в данных условиях.

— Ярослав.

У меня просто нет слов. Ноги буквально подкашиваются.

Он подхватывает под локоть.

— Варя.

— Извини. Извини, я просто…Спасибо тебе. Большое, огромное спасибо.

— Не стоит пока.

— Нет. Я…

Не успеваю договорить. Новая воспитательница подходит к нам и вежливо здоровается. Маша начинает тут же хвастать ей своей куклой.

— Марусь, очень красивая. Да, здоровская.

Похоже, они уже познакомились. По крайней мере Маруся разговаривает с ней свободно.

Новая воспитательница поворачивается ко мне.

— Здравствуйте. Меня зовут Лилия Марковна. Педагог с двадцатилетним стажем.

Это довольно высокая женщина средних лет. Крупная, но не толстая. С простым, располагающим к себе лицом и приветливым взглядом. Волосы собраны в пучок, а еще у нее спокойный негромкий голос.

— Здравствуйте.

— Я буду присматривать за Машенькой здесь, ни о чем не волнуйтесь.

— Спасибо, — мямлю.

Слишком уж быстро все меняется, мозг не успевает подстроиться.

Но тут же исправляюсь, пока она не решила, что я неуверенная в себе серая мышь.

Прочищаю горло, начинаю говорить нормально.

Мы обсуждаем немного Машины привычки, я полностью успокаиваюсь.

Потом Ярослав сообщает, что нам пора.

Прощаюсь с сестрой, целую напоследок в теплую бархатную щечку, и мы покидает территорию детского дома.

— Не думала, что так можно, — говорю, как только мы оказываемся за воротами, — ну, уволить кого-то, поставить своего воспитателя.

— Можно, если постараться. Варь, ты на чем сюда приехала?

— На автобусе, потом немного прошла пешком.

— В то время, как тебе нужно лежать.