Правда, по моему, там проще все снести к чертовой матери, - тут Ба не выдержала и тыкнула меня в бок. Хорошо хоть не подзатыльник выписала, а то неудобно было бы. Она может. Ей вообще по барабану, что я как бы уже вырос.

- Ага, то есть информация по санаторию не достоверная. Понял, потом решим. Про Марию расскажи подробнее, наверняка же нарыл уже всю ее подноготную.

- Да что там рыть то?! Она все мне сама и рассказала. Сирота, мать умерла от рака, воспитывалась теткой больше десяти лет, батрачила на ту, как ломовая лошадь за спасибо, еще и зарплату все ей отдавала.

- Так а к себе ты ее почему взял?

- Стечение обстоятельств, - пожал я плечами. – Не подумал, а потом по-человечески жалко ее стало. Тетка там, мегера. Маха секретарем работала у председателя местного, а тот скользкий тип, аж зубы сводит, на объект ее взял с собой, чтобы дорогу показала, она и слова вставит не успела.

- Не подумал он, - влезла Ба, - столько лет, а ума до сих пор нет.

- Егор, все-таки, как Мария здесь оказалась.

- Я не понимаю, Аркадий Романович. Какая разница?

- Понимаешь, - ответил мужчина, - в жизни каждого мужчины есть такие моменты, которыми он не очень хотел бы вспоминать. Может, у тебя в кабинете это обсудим тет-а-тет, так сказать? Людмила Прокопьевна, спасибо за ужин, все было потрясающе вкусно, как будто в прошлое вернулся.

- Да мне то за что? Это Мария постаралась.

- Молодец девчонка, вся в мать."

"Ба не став отсвечивать быстренько ушуршала к себе. Понимающая она у меня, а мы проследовали в святая святых, мой кабинет.

- Присаживайтесь. Выпьете, что покрепче?

- Знаешь, не откажусь. Надеюсь то, что ты сегодня услышишь, останется между нами.

- Обещать ничего не могу.

- Хм, зато честно. Что мне нравится в вас, молодых и дерзких, вы сделали за несколько лет то, что нам старикам и не снилось в ваши годы, прете семимильными шагами, не шагая по головам других, все кристально чисто. Уважаю.

- Не думаю, что Вы об этом хотели поговорить. Если у Вас появились какие-то виды на мою Маху, то говорю сразу - забудьте. Девчонка и так уже натерпелась за всю свою недолгую жизнь, я ей конечно, руку и сердце не обещал, но ответственность за нее лежит на мне.

- Ой, Егор, тебя понесло не туда. Ничего такого я и не думал. Это длинная история, присядь, - Аркадий Романович покрутил в руках бокал с янтарной жидкостью и серьезно посмотрел на меня. – Это личная история. Я бы очень не хотел, чтобы она ушла дальше этого кабинета.

- Я понял, но как и говорил прежде, обещать ничего не буду. Я по совести живу, и если Вы сейчас расскажете что-то, что противоречит моим жизненным убеждениям, то извиняйте уж.