Хейке не хотел вмешиваться и менять порядок. Это можно будет сделать в другой раз.

Невестка сновала между столом и скамьей. Она боялась, что гостям что-то придется не по вкусу.

Хейке озабоченно поглядывал на Вингу. Руки у нее дрожали. Глаза постоянно обращались к Хейке, она готова была бросить все и убежать.

Парень решил пока не обсуждать поездку в город. Винге хватало переживаний.

Потом взгляд Винги упал на детей, выстроившихся вдоль стены. Старшая дочь приветливо улыбнулась девушке, покраснела и спрятала лицо в ладони.

Винга ответила ей улыбкой на улыбку! Так осторожно, как человек осторожно пробует лед по весне.

В тот же момент снаружи раздалось дружное блеянье.

— Коза! — Винга рванулась на улицу. За ней дети, а потом взрослые.

Вингина коза поссорилась с местными. Опасности не было никакой, но девушка закричала козе:

— Ко мне!

Коза послушалась моментально. Спрятавшись за Вингу, она высунула голову и провоцирующе заблеяла.

Зрители безмолвно наблюдали за этой сценой.

— Разве можно приручить козу? — спросила невестка.

Хейке ответил:

— Если ты прожил с ней два года один на один, тогда, наверно, можно!

Дети окружили девушку.

Самый маленький мальчик, еще ничего не смыслящий в этикете, спросил:

— Хочешь посмотреть на моего котенка?

— А у меня есть теленок, — сообщил другой мальчуган. — Он, конечно, не мой, но мне разрешили его так называть.

Винга поколебалась. Она вдруг забыла, что находится под защитой Хейке.

— С удовольствием.

И все побежали в сарай. И только в дверях Винга вдруг вспомнила, что забыла испугаться. Девушка тут же обернулась к Хейке. Тот ободряюще кивнул.

Винга вся засветилась. Она видела, Хейке гордился ей. Так же светились глаза у отца, когда он представлял дочь своим гостям.

Ей было и хорошо, и горько одновременно.

— Все идет отлично, — Эйрик кивнул на детей.

— Хорошо. Если так пойдет и дальше, завтра можно будет ехать в Кристианию, — отвечал Хейке.

— Можешь взять у меня повозку.

— Спасибо. Думаю, она нам понадобится. Не могу же я всю дорогу сидеть с Вингой на одной лошади.

Никто ничего не сказал. Но Хейке сам задумался над сказанным — что именно он хотел сказать?

Эйрик рассказал, какой дорогой лучше ехать. Так они стояли и беседовали. Из сарая послышались восторженные визги.

Вскоре вся детская ватага направилась на сеновал. Винга пробежала мимо. Она прямо-таки светилась от радости.

— Ну надо же, — растроганно пробормотал Хейке.

Невестка задумчиво произнесла:

— Я было подумала, что Винга уже взрослая женщина. Я теперь даже не знаю…

— И я не знаю, — улыбнулся Хейке. — Ей скоро семнадцать. Иногда она ведет себя, словно ей десять, а иногда — будто ей все двадцать. Никогда не знаешь, что от нее ждать.

— Понимаю-понимаю, — согласился Эйрик, плутовато прищурив глаза.