Накинув банный халат, я оставил изрыгающую проклятия хозяйку в ванной и вышел в коридор вслед за морально убитыми гэбэшниками.

— В вашем поведении, милейший Эль, проскальзывает некоторая странность, — с ходу начал я, не давая противнику опомниться. — Видите ли… В прошлый раз вы посетили нас именно в тот момент, когда мы с мадам Ловаль… ммм… как это будет правильно… ммм… О! Заканчивали! Да, мы заканчивали. Ммм… В тот раз вы так и не сумели вразумительно объяснить причину своего несвоевременного вторжения, сославшись на необходимость тотального осмотра всех номеров.

— Мы действительно осматривали все номера — с согласия клиентов, — потерянно возразил Эль, не рискуя поднимать на меня взгляд. — Вот и вас… вас тоже спросили. Разве не так?

— Так вот — в этот раз вы тоже пришли, когда мы заканчивали, — проигнорировал я неуклюжую попытку оправдания. — И помимо всего прочего, вы сломали дверь и ворвались, как… как какие-то бандиты. У меня создается впечатление, что вы… ммм… в общем, не совсем в порядке, дражайший Эль. Вы когда в последний раз обращались к сексопатологу?

— Простите, как вас понимать? — Эль побагровел и грозно нахмурился.

 — Что вы имеете в виду?

— Я не думаю, что контроль за сексуальной жизнью клиентов гостиницы входит в ваши обязанности, — высказал я предположение. — Значит… значит, вы по своей инициативе все это устроили — не так ли? Что вами движет в данном случае, как не сексуальная аномалия, дражайший Эль?! Мне кажется…

— Мистер Вуд — это просто недоразумение! — Эль затравленно оглянулся на своих спутников, взял меня под руку и чуть ли не силком втащил в номер. — Понимаете… В общем, тут такая история… — И Эль в двух словах объяснил мне, что в городе орудует какой-то хитрый и страшно изощренный международный террорист, который, как считает его, Эля, руководство, умудрился просочиться в «Интурист», в номер уважаемого господина Бермана, и с его телефона позвонил одному… в общем, одному чиновнику.

Встречу назначил, гад ползучий. А теперь этот чиновник куда-то пропал, а двое сопровождающих его сотрудников зверски убиты. Вот и…

— Так вы что, подозреваете меня и мадам Ловаль в этом мерзком деянии? — лживо удивился я. — И поэтому не даете нам шагу ступить? Ну вы и выдумщик, милейший Эль! Надо же — вообразить такое! Да-а-а, такого я еще не слыхивал… И что — мы с Эдит до сих пор в вашем списке подозреваемых?

— Нет, уже все, — поспешно сообщил Эль.

 — Ваша непричастность к данному злодеянию сомнению не подлежит. Это доказано на практике… — Тут Эль пустился в пространные объяснения по поводу неизбежных издержек своей нелегкой работы, которая выматывает все нервы и высасывает все соки — и не только у него одного, но и у всех, кто его окружает.