Со всем разнообразием поз, — лениво ответил он. — Однако всякие крюки, кнуты, веревки и прочее меня не привлекают.

— Но ведь Григорий сказал, что я сама могу выбрать ограничения, — возразила я.

Мороз снисходительно усмехнулся.

— Насчет денег можешь не волноваться — внакладе не останешься. Ты ведь указывала номер счета, куда перевести их?

— Да.

— Вот и чудно.

— Ладно. А когда вы меня отпустите? — задала второй по важности вопрос.

— Как только получу все, что причитается.

— То есть после этой ночи? — уточнила я. На лице мужчины появилось легкое удивление.

— Девочка, ты читала договор?

— Д-да, читала.

— Уверена? Потому что твои вопросы говорят об обратном, — снисходительно усмехнулся он. Вот только от этого покровительственного тона меня бросало в холод. Не было в нем ни грамма заботы.

— Я очень волновалась там, — честно призналась я. — Я что-то упустила?

— Как, по-твоему, что было предметом договора?

— Моя девственность. То есть вы со мной… эээ… переспите раз, и я свободна.

— Раз? — расхохотался Мороз. А затем резко поднялся на ноги. — Жди, — бросил он, прежде чем выйти. Замок, правда, запирать не стал, но мне даже в голову не пришло попытаться покинуть комнату. Зато в груди поселилось нехорошее предчувствие, что я упустила что-то очень и очень важное.

Вернулся мужчина буквально минут через пять. В руках у него был, по-видимому, тот самый договор.

— Прочитай. И лучше тебе это сделать внимательно, больше такой щедрости от меня ты не дождешься.

Дрожащими руками взяла бумаги в руки и стала вчитываться в строчки. Буквы прыгали перед глазами, но я упрямо ползла по тексту. И когда дошла до пункта с уточнением про все виды секса, я зависла. Потому что мелким шрифтом было добавлено про девстенность в каждом виде.

— Что-то непонятно? — с ухмылкой спросил Мороз.

— Тут сказано про несколько видов секса. Но ведь… хм… плева есть только в случае… — Кажется, я вся покраснела — от макушки и до пяток. Настолько мне было неудобно озвучивать свои домыслы.

— Договаривай."

"— Только в случае вагинального секса, — с трудом выдавила я.

— Верно. В остальных случаях она номинальна. Или, может, ты уже отсасывала кому-то?

— Что? — выдохнула я, вспомнив, как Григорий тоже задавал подобный вопрос. Но я-то подумала, что это всего лишь провокация, как и вопрос про… — О, нет. И там?

— И там тоже, — продолжал потешаться мужчина. — Теперь ты понимаешь, ЧТО я в праве взять с тебя.

— Слушайте, я ведь не об этом договаривалась, — нервно возразила в ответ. — Вы поймите, я же не готова к такому вот…

Умом-то я понимала, что из-за моих ханжеских взглядов мама могла оказаться без лечения, и надо было отбросить ненужные моральные принципы, но эмоционально я была совершенно не готова к такому.