После минутной паузы он все же спросил:

— Все настолько плохо?

— Мне ужасно неловко… Жить здесь, привыкать к новым условиям, находить общий язык с Женей и… с тобой.

— На все нужно время, на Женю в два раза больше. А со мной что не так?

Я посмотрела на него и тут же отвела взгляд.

— Тебе неловко со мной? — снова переспросил Игорь и я спрятала лицо в ладонях.

— Да. Одно дело работать в офисе, другое — сталкиваться в доме, где я могу выглядеть неподобающе, или ты…

Спрятав лицо, говорить было намного легче. И я воспользовалась.

— Знаю, ты рассматривал вариант замены меня на Инну.

Может в понедельник мне уйти в приемную к Жене? Я до обеда успею передать все дела Инне.

— Не знал, что у меня так мало дел, — судя по тону, Игорь был недоволен.

Я убедилась в этом, посмотрев на его хмурое лицо.

— Нет, дел как раз очень много, но я же буду всего через пару кабинетов, поэтому первое время смогу помогать Инне.

— Не надо никому помогать. Вся проблема в том, что ты чувствуешь себя неловко, потому что у меня появилось преимущество, которым я могу воспользоваться, чтобы смутить тебя.

О, да. Причем, Игорю даже напоминать не нужно, я и сама при каждом взгляде на него об этом вспоминаю.

— Тогда уравняем шансы.

— Как?

— Я дам тебе преимущество против меня. У нас у каждого появится неловкий момент друг на друга.

Не успела переспросить, что он собирается сделать, как Игорь поднялся с табурета, встал передо мной и одним движением стащил с себя брюки.

Мне кажется, я застыла с открытым ртом, не могла не вздохнуть, не выдохнуть, а босс между тем подытожил.

— Вот теперь мне тоже неловко.

Я буду ходить по офису и думать, что ты легко можешь раздеть меня взглядом, и от тебя не скрыться ни под одним пиджаком."

"Он договорил и натянул резинку от брюк на место, аккуратно оттягивая ее, чтобы не задеть эрегированный член.

— А ты… тоже мысленно раздеваешь меня в офисе?

Игорь нагнулся ко мне, так что я нервно сглотнула, боясь пошевелиться. Но он потянулся, достал бутылку и выдохнул мне в губы:

— Постоянно.

И ушел, ни разу не оглянувшись…

* * *

Меня трясло.

Что я, голых мужчин не видела? Или в моей жизни мало членов? Или меня трясет, потому что я хотела, чтоб он дотронулся до моих губ?

Нет, меня трясло от собственного желания.

Губы слишком чувствительны до болезненности, щёки пылают, в висках стучит пульс, а ноги совершенно не слушаются.

От живота расходились волны истомы, а ниже наоборот наливалось сосущей потребностью. Я никогда еще не испытывала такого возбуждения, такого желания заняться сексом, как сейчас. И совершенно не способна анализировать, что на меня накатило.