Но если других вариантов нет, то дадим ему шанс? — отстранившись папа, серьезно смотрит в мое лицо.

— Спасибо, — выдыхаю тихо.

Я сама еще не решила давать ли шанс Громову, но близка к тому чтобы сдаться ему окончательно. Зажмурится и совершить выход из самолета без парашюта. У меня нет опыта в отношениях, поцелуях и сексе. Полный ноль. С чего-то нужно начинать.

— Обнимаетесь? — раздается голос мамы за моей спиной. — Я с вами. Савва иди к нам и поторопи Андрея."

"— Семь утра, а уже телячьи нежности, — ворчит старший брат, когда мама увлекает его рукой за шею и двигает к нам.

— Прекратите, — шикает на него мама. — Сегодня мы побудем обычной семьей…

— Не только сегодня, придется притворяться три дня, — притворно ворчу. — Интересно кто из вас первый сбежит в клинику на срочный вызов?

Папа взрывается хохотом.

Мы обнимаемся и немного расслабляюсь. Ровно до того момента, пока телефон в кармане моей толстовки не сообщает о новом входящем сообщение, одновременно с трелью домофона.

— Это наверное Матвей, — произношу, выбираясь из семейных объятий.

Мама открывает входную дверь и стучит кулаком Андрею в ванну.

— Удеем без тебя, Ихтиандр!

— Минуту, мам!

— А где твоя машина? — поворачивается ко мне папа. — Я что-то давно ее не видел…

Вот черт. На меня смотрят три пары любопытных глаз. Не самое лучшее время сообщить о пропаже моей малышки. Это явно испортит наши выходные, но и скрывать это равносильно бомбе замедленного действия. Все тайное всегда становится явным. Это лишь вопрос времени.

Мысленно даю себе слова, рассказать сразу после возвращения в город, а пока уклончиво отвечаю:

— На техосмотре.

— Уже три недели? — приподнимает брови Савва.

Послав ему выразительный взгляд, прошу заткнутся.

Глава 35

— Я подожду вас на улице, — говорю родным, накидывая куртку.

Может быть, успею перехватить Громова, пока он не успел подняться. Нам нужно немного времени наедине, чтобы обговорить детали. Например, я хочу напомнить Матвею о том, что мои родители и братья не в курсе истории с машиной.

— Мы тоже сейчас спустимся. Андрей! — кричит мама.

— Походу, он этого и добивается, — хмыкает Савва.

Подхватив с пола рюкзак, выбегаю за дверь и несусь вниз, перепрыгивая ступени. Щеки горят. Мне приходится притормозить на первом этаже, чтобы перевести дух и немного восстановить сбившееся дыхание.

Толкнув подъездную дверь плечом, выхожу на прохладный, жалящий щеки воздух.

Прогноз погоды я не успела посмотреть, однако, несмотря на ранее утро, на улице хмуро и, кажется, опять холодно и скоро снова пойдет дождь.