— Сильно болит?

— Уже почти нет.

Глава 19

— Эй, не спи. Тебе нужно быть в сознании, — бормочу, опуская голову ниже.

Волосы падают на лицо Громова, и его ресницы мелко вздрагивают. Он выглядит таким несчастным.

— Ты пахнешь как рай, — шепчет пересохшими губами.

— Боже мой. У тебя и в самом деле сотрясение, раз ты несёшь такой слащавый бред, — шепчу потрясённо.

Мои пальцы замирают на его затылке, а по телу несётся нервная дрожь. Медленно перемещаю их на лоб, чтобы удостовериться, нет ли жара. Вдруг уже бред начался?

Где там носит Савву и Таю? Времени с момента, как мы сели в машину, прошло не больше двух минут, но тянутся они как вечность.

Что делать, если Матвей надумал уснуть? Этого категорически нельзя допустить, но я, чёрт возьми, не знаю, как облегчить его состояние. Поэтому остаётся только болтать и гладить. Не касаться не могу. Магнитом тянет и пожалеть хочется. Хоть как-то помочь.

— Что у тебя за духи? — не унимается Матвей и открывает глаза, когда я пытаюсь оттянуть ему веко и заглянуть внутрь. — Я почувствовал их на треке, когда ещё даже не увидел тебя.

Сердце делает кульбит и ухает в низ живота, как раз напротив головы Матвея.

Начинает стучать часто-часто, громко-громко.

Мы так близко.

Я нависаю над ним сверху, почти касаясь носом его нос. Внимательно разглядываю бледное с грязевыми потёками лицо парня и ласково провожу ладонью по колючим щекам. Смахиваю грязь и вытираю руку о собственные джинсы. Губы Матвея призывно приоткрываются, и до моих долетает тёплое чужое дыхание.

— Это шампунь, — произношу, чуть помедлив и смутившись.

— Не меняй его.

Не успеваю ответить, как двери машины распахиваются. Резко выпрямляюсь. На передние сиденья синхронно падают взъерошенный брат и моя надувшая губы подруга.

Тая складывает руки на груди, застывает каменным изваянием. Явно обижена на весь мир за то, что её выдернули из загребущих рук Клима, которому она в принципе не прочь была сдаться.

— Наконец-то! — выдыхаю, не обращая внимания на повисшее в воздухе напряжение. Эти двое явно поругались. — Поехали.

— Живой? — обернувшись, не особо дружелюбно интересуется Савва."

"Брат оценивающе сканирует взглядом постанывающего Громова и сам морщится как от боли.

— Хочу сдохнуть, но твоя сестра не даёт.

Просит задержаться.

Теперь мне хочется вместо ласкового поглаживания дать Громову оплеуху. Что он несёт?

— Матвей, ты реально меня пугаешь, — признаюсь честно.

— Не бойся, Коротышка. Не первый раз в такой заварушке, — он ещё и подмигивать умудряется, или это уже нервный тик начинается?

Благо Савва никак не комментирует реплику Матвея. Заводит машину и велит Тае пристегнуться. Предупреждает, что будет стараться ехать как можно аккуратнее, чтобы не причинить Громову большего вреда, но ямы на дорогах никто не отменял.