Во рту чувствовалась горечь от мысли о том, что я должен был сделать, если мои подозрения подтвердились бы. И я ощущал эту горечь в нашем поцелуе, таком жадном и неистовом, который переворачивал мой мир с ног на голову. Мне хотелось разорвать ее и в то же время защитить от самого себя.

Через некоторое время мы оторвались друг от друга, я стиснул Айви в объятиях и прижал к своему телу, вдыхая запах ее волос. Следующий день мог все изменить, и я хотел хотя бы несколько часов наслаждаться безмятежным неведением. Потому что если мои подозрения подтвердятся, то по вине этой девочки мог сорваться многомиллионный контракт, который грозил тюрьмой мэру, а мне – безымянной могилой где-нибудь в пустыне."

"Утром я проснулся, когда почувствовал взгляд, который буквально прожигал мою кожу. Приоткрыв веки, я встретился с улыбающейся Айви.

– Доброе утро, Мэтью, – ласково прошептала она. Мое имя из ее уст звучало словно музыка ангелов.

– Доброе утро, детка. Ты же понимаешь, что не можешь никому называть моего имени?

– О, я посвящена в страшную тайну? – В последнее время Айви становилась все более дерзкой и смелой со мной. Она много шутила и пыталась меня подкалывать. Такие отношения были для меня чем-то новым, чего я не испытывал прежде. – Что ж, мистер… Дарк?..

– Картер, – ответил я.

– Мэтью Картер, – повторила Айви, словно пробуя мое имя на вкус. – Так вот, мистер Картер, судя по всему, вам придется меня запереть в этой комнате, чтобы у меня не было контакта с внешним миром, и я никому не могла рассказать о твоем страшном секрете. – Последние слова она произнесла заговорщическим шепотом и слегка наклонившись ко мне.

– Или я могу защекотать тебя до смерти.

Какого хрена? Неужели все это происходило со мной? Почему я вдруг начал щекотать Айви, опрокинув ее на спину? Она хохотала так задорно и громко, что я удвоил усилия, лишь бы слышать этот перезвон колокольчиков как можно дольше. А потом на меня снова накатила нежность и я остановился, чтобы рассмотреть ее лицо. Замерла и Айви. Ее лицо вдруг стало абсолютно серьезным. Она протянула руку и дрожащими пальцами провела по моим губам.

– Ты улыбаешься, – тихо произнесла она, внимательно рассматривая мое лицо. – Тебе очень идет улыбка.

Я сразу сделал серьезное лицо и крепко сжал челюсти. Мне было не по нраву мое новое состояние. Я становился уязвимым, настоящим. В моей жизни нет места искренности и открытости, потому что это приводило к потерям. И я чувствовал, что очень скоро понесу такие, с которыми едва ли справлюсь.

– Собирайся. Мы едем завтракать.

– Что? В смысле куда-то едем? Не тут будем завтракать?

Я встал с кровати и пошел в сторону ванной комнаты.

– Нет, мы поедем в ресторан.

– В настоящий?

Я повернулся и вопросительно посмотрел на Айви.