Хотелось запереть ее смех в банку и спрятать в надежном месте. Только я пока не слышал его, но очень хотел знать, как он звучит.

Я толкнул дверь и вошел в кофейню, и мои ноги едва не подкосились. Смех Айви был похож на перезвон колокольчиков. Она смеялась громко и открыто, нежно и от души, как будто ей было просто достаточно открыть рот, чтобы этот звук полился из нее сам. По моему затылку пробежали мурашки от этого звука, и это было охренеть, как странно. Подошел официант и я заказал себе черный кофе, отмахнувшись от него, как от назойливого насекомого, потому что он мешал наблюдать за Айви.

Минуты пролетали незаметно, пока я прожигал светлый затылок взглядом и впитывал каждый взрыв смеха. Мне хотелось вырвать пальцы парню, который то и дело пытался коснуться ее, а она его не отталкивала. Странное чувство, как будто она уже принадлежала мне. И самое невероятное во всем этом было то, что я всерьез рассматривал возможность того, чтобы Айви осталась моей единственной подстилкой, только бы она согласилась стать ею.

Допив свой кофе, я так ж молча вышел из кофейни. Сел в припаркованный у обочины автомобиль, и мы тронулись с места.

– Коннор, пускай Эмма слетает отдохнуть на пару недель, – попросил я охранника.

– Куда, сэр?

– Куда она сама захочет.

– Будет сделано.

Я откинулся на спинку сиденья и смотрел, как пролетал мимо меня город, пока я обдумывал слова Рича о том, что нужно было погасить в зародыше активность Брауна с Кенвудом. Потом я вспомнил кое-что и набрал знакомый номер. После короткого приветствия я произнес:

– Келлан, твоя новая девка Одри – невеста Кенвуда. Ты в курсе?

На той стороне повисло молчание.

– Нет, – наконец ответил Абрамс."

"– Он с Брауном начинает доставлять мне проблемы. Подумай, как это может отразиться на тебе и дай знать. Потому что у меня мало времени и скоро я начну действовать. Если хочешь уберечь свою подстилку, уже сейчас начинай думать, как это сделать.

– Понял. Спасибо.

Я отключился и снова посмотрел в окно. Какого хера я вообще заботился о каких-то шлюхах, которых трахает мой приятель? Меня взбесило то, что я начинал размякать от сытой жизни. Так всегда происходит, когда человек начинает расслабляться и думать, что у него все схвачено. Сначала он кичится своими достижениями, пусть даже и сомнительными, а потом расслабляется и начинает считать, что бессмертный. Хотя фактически все мы ходим под пулями. Бизнес, которым я занимался, просто не мог быть безопасным по умолчанию, слишком уж много на него было желающих. В Вегасе до хрена и с горкой стриптиз-клубов, но мой – один из лучших, потому что я слишком много внимания уделяю подбору персонала, и в первую очередь девочек, которые в нем танцуют и не только.