Жизнь снова начинала играть красками и все вставало на свои места. Только не давал покоя один-единственный вопрос: почему Дарк продал свой клуб?

***

Я пришла домой и завалилась на диван, едва живая. Подготовка к выступлениям всегда отнимала много времени, но моя последняя задумка просто выматывала.

– О, я думал, ты сегодня до дома не дойдешь, – сказал Кевин, который вошел в кухню, потирая затылок. У него на голове было гнездо из светлых волос. Он был одет в одни пижамные штаны и с голым торсом. У меня была хорошая возможность рассмотреть его татуировки.

– Ты можешь одеться? – спросила я.

– А что такое? – Кевин наклонился, чтобы достать что-то из холодильника. Я, конечно, привыкла смотреть на собеседника, но рассматривать его задницу – это было уже слишком, так что я отвернулась и уставилась в кадку с еле живым фикусом. – Как прошла генеральная репетиция?

– Она меня чуть не добила. – Я снова повернулась к своему соседу. Он стоял за стойкой и пил молоко прямо из бутылки. – Эй, наливай в стакан.

Кевин отнял бутылку от губ, посмотрел на нее, а потом на меня.

– Так я получаю гарантию, что все молоко достанется только мне.

– Придурок, – буркнула я, растирая гудящие стопы. – Где Линда?

– Спит.

– Вымотал девочку?

– Ее вымотали курсы актерского мастерства. Представляешь, она сегодня так зарядилась там, что пришла вся в слезах и еще пол вечера рыдала и ненавидела меня, потому что какой-то там Майк изменил своей девушке, которую играла Линда. – Кевин хохотнул, и я тоже улыбнулась. Линда всегда была очень эмоциональной, но курсы усугубляли ее и без того иногда шаткое состояние.

В дверь позвонили и мы с Кевином переглянулись.

– Ждешь кого-то? – спросила я.

– Нет. А ты? – Я покачала головой. – Сиди, я открою.

– Спасибо, – ответила я, закидывая ноги на столик перед собой.

– Ты кто? – раздался грубый голос от входа и мое сердце забилось чаще. Дарк в моей квартире.

– Это я должен тебя спросить, мужик, ты пришел ко мне, – насмешливо ответил Кевин.

– Я ищу Айви.

– Малышка, это к тебе, – позвал меня Кевин и я зажмурилась. Эта его привычка называть меня уменьшительно-ласкательными прозвищами сейчас была чертовски некстати.

Я поднялась с дивана и пошла к двери. Кевин внимательно смотрел то на меня, то на Дарка, пока понимание не отразилось на его лице, но я взглядом попросила его даже не раскрывать рта. В дверном проеме стояла огромная фигура Дарка, одетого, как всегда, с иголочки. Его взгляд был мрачным. Он прошелся по мне с головы до пят. А я смотрела на него жадно. После стольких дней, что я его не видела, успела соскучиться. И пускай мы были не вместе, это не мешало мне думать о нем.

– Кевин, ты можешь идти, – медленно сказала я.