Я перевернулась на спину и уставилась в небо. Отхлебнула из бутылки. Хорошо то как. Из-за облаков выглянул краешек луны. Красота. Выпила еще.

— Ты чего делаешь? — Раздалось где-то с боку.

Повернув голову, увидела, как ко мне через сугробы скачет мужик, весь в черном и расстегнутой куртке, и орет всякую нецензурщину. Быстро допила шампанское, а то, как пить дать, не дал бы он мне прикончить эту бутылку.

— Ты что творишь? — меня стянули с капота чьи-то руки. — Тебе мама не говорила, что лазить по чужим машинам в двенадцать ночи нельзя? А тем более пить алкоголь в таком возрасте.

Я только головой помотала. А что, я действительно не помню такого тезиса в мамином изречении.

— Так, давай номер телефона родителей. Пусть тебя домой забирают. — Мужчина достал из кармана телефон и выжидательно на меня уставился.

Я только глаза закатила. Опять меня за подростка приняли. В лицее так это вообще сплошь и рядом, вот и приходится с паспортом ходить.

— Мне двадцать восемь и родителей у меня нет. — Я почему-то всхлипнула.

— Гонишь? — Он хмыкнул.

С мученическим вздохом достала из болтавшейся на плече сумочки паспорт и развернула у него перед носом.

— Вот.

— Хм, — выдал мужчина, затем стащил с меня очки. Я на всякий случай закрыла глаза, все равно со своей близорукостью ничего не увижу. — Ну и что ты делала на моей машине, вандалка Кольцова Елизавета? — Он вернул очки мне на нос.

— Шампанское пила и грелась. — Честно призналась я, открывая глаза.

— А чего домой не пошла греться?

— А некуда мне идти. — Призналась я и снова всхлипнула. — Слушай, у тебя ведь машина, вон какая большая.

— И что? — Он подозрительно уставился на меня.

— А ты можешь меня переехать, чтобы не мучилась зря? — Слезно попросила, со всей душой. Еще и свободную ладошку ему на шею положила."

"— Ты нормальная? — Вдруг вскричал он так, что у меня уши заложило. Пока пыталась сообразить, что опять натворила, он выдернул из моей руки пустую бутылку, выбросил в сугроб, схватил мои руки без перчаток и начал разминать. — Блин, ты давно на улице?

— Часа два-три. — Попыталась вспомнить я.

— В минус двадцать? Без варежек? — Он схватил меня за запястье и потащил в направлении ближайшего подъезда.

— Да мне тепло. — Попыталась упокоить я его, но меня не слушали.

В подъезде быстро запихнули в лифт, а на нужном этаже из него выпихнули. Я даже не посмотрела, на какой этаж мы поднялись. Едва мы оказались в квартире, как меня утащили на просто огромную, по моим меркам, кухню, и принялись стаскивать одежду.

— Я сама. — Вяло отмахнулась я.

— Хорошо. Я сейчас. — Мужчина исчез в коридоре, а я начала раздеваться.

Так как куртка и шапка уже лежали на полу, а сапоги были расстегнуты, то мне осталось снять юбку, колготки и нижнее белье.