Ходит весь какой-то просветленный. Только что в темноте не светится! Или светится?

- Оля, не иронизируй, пожалуйста! Не хочешь признавать в себе новую суть - не признавай. Можешь и дальше заниматься тем, чем занималась. Но тогда, извини, через несколько лет мы с Олегом перестанем быть в твоей жизни.

- Почему? - Ольга впилась глазами в мать, — он не позволит нам общаться? - Ольга повела головой в сторону Стефана.

- Нет, Ольга, я не смогу запретить Вашей матушке, как и Вашему брату, общаться с Вами. Но Вы сами не захотите видеть их. Всё таких же молодых и полных сил, в то время, как Вы, не приняв свою суть, будете стареть, как все обычные люди. Согласитесь, принять свою суть, скажем, в 70 лет, будет уже не так интересно. Да и возрастные изменения никуда не денутся. Уж, извините, что говорю Вам это.

- Шантажируете?

- Оля, да зачем Стефану это надо? - воскликнула Катерина.

- Ну, ему же нужны новые адепты в его королевство!

Ответить Стефан не успел, дверь в палату распахнулась, и в неё ворвался Олег.

- Ля сэрх! Ты вернулась! - Олег опять назвал сестру так, как они всегда называли друг друга.

Французский они учили с детства, а потому и обращались друг к другу так. У этого слова было два перевода: сестра и монахиня. И брат дразнил её так. Как, впрочем, и она его, называя ""лю фрерх"", что переводилось и как брат, и как монах. Только вот, Олег имел в виду значение “сестра”, обращаясь к Ольге так. А вот она сама, скорее, дразнила его монахом за его почти монашеское поведение с девушками.

- Привет, лю фрерх! - Ольга была рада видеть брата.

Стефан, услышав эти обращения между братом и сестрой, улыбнулся.

Олег обнял сестру, потом, выпрямился и уже, обращаясь к Стефану, произнес:

- Прошу прощения, Ваше величество!

- Олег, всё нормально! Здесь все свои!

- Мам, привет! - Олег наклонился и поцеловал мать, погладил её живот, — привет, братишка!"

"Ольга смотрела на мать и брата и вдруг поймала себя на мысли, что соскучилась по ним. Со дня развода родителей прошел всего месяц, а казалось, что гораздо больше!

Глава 25

- Оля, нам уже пора, но я к тебе завтра ещё приеду, хорошо? Ты разрешишь навестить тебя завтра? - мама поднялась, опираясь на руку Стефана, и ждала ответа дочери стоя.

- Да, мам, конечно! - Ольга улыбнулась, — буду ждать тебя.

Катерина наклонилась и поцеловала дочь в лоб. Она всегда так делала в детстве. А потом, с возрастом, Ольга сама отстранилась от матери. И вот сейчас, почувствовав губы матери на своем лбу, Ольга поняла, как она соскучилась по маме.

- Мам, я буду ждать, — повторила Ольга тихо и улыбнулась сквозь непонятно откуда взявшиеся вдруг слезы.

- Я приду утром, — улыбнулась Катерина, — принесу твои любимые яблоки.