- Полюбовался? - усмехнулся и откинулся на спинку стула спокойно и расслаблено, показывая себя и свою ауру, давая возможность Антипу и самому это увидеть, окинул Антипа насмешливым взглядом:

- А ты постарел, ведьмак. Заматерел, силу былую свою набрал - это да, но постарел.

Гуртовой, видя, что Владимир спокоен, вышел и прошел в комнату за стеклом. Сейчас он здесь будет только мешать.

- Да и ты уже не тот молодой и наглый рубежник, что был в нашу первую встречу, - ухмыльнулся Антип, - вижу, вдовый стал, да дочку, говорят, недавно потерял.

- Ведьмак, ты к нам зачем пришел? Семью мою обсуждать? Так с тобой я точно этого делать не буду.

- А дочка совсем на тебя не похожа... была... - продолжил Антип, - в маму была, кровиночка?

Гуртовой, поняв, что теперь Антип выводит на эмоции Вишневского, выматерился. Рубежники, отвечающие за работу аппаратуры, уважительно хмыкнули, но промолчали."

"- Антип, ты говори, чего хотел, а то устал я. У меня сегодня день длинный был, знаешь ли. Утром ещё с дочерью говорил, а вечером уже с Его величеством ужинал. Ты вот ещё на мою голову свалился. Не хочешь сейчас говорить, можем отложить до завтра. Меня мягкая постель ждет, тебя не очень. Но хозяин - барин! - и Вишневский встал из-за стола, показывая, что разговор окончен.

- Жива, значит, дочь твоя? Это хорошо. За дочь извини! Не нужна мне была её смерть, — казалось, что Антип искренне рад тому, что Ульяна жива.

- А за других девчонок, из обычного мира, тоже извинения попросишь? За Ивана-дурака, подмастерья своего глупого, тоже просто извинишься? Ты хоть знаешь, скольких он вот так вот зверски убил? Нет? А я тебе скажу. Всех за последние полгода! Всех, что ты для себя выбрал только для секса. Тебе их  девственность нужна была, а он их всех... до дна! - ведьмак чуть дернулся, но цвет ауры не поменялся. Вишневский же, между тем, продолжал:

- Что, Антипка, женщинам перестал нравиться? Не хотят они с тобой по любви, да? Вот ты девственницами и восполнял энергию. Проще и быстрей с ними то, да, ведьмак? А чтобы они тебя желали, как кошки в марте кота, ты их чаем опаивал. Стареешь, Антип Афанасьевич? Не идут к тебе больше бабы сами, да? Так вот знай, смерть всех этих девчонок на твоей совести! Что молчишь, ведьмак? Нечего тебе мне ответить, да? Сам знаю, что ничего ты мне в своё оправдание сказать не можешь!

Вишневский замолчал. Вернулся на стул и продолжил уже другим тоном:

- Где ж ты себе такого глупого и корыстного ученика то нашел? Или сам ты с возрастом поглупел и жадным стал на столько, что обучать его ничему не хотел? Он сколько уже лет то, рядом с тобой? 20? 30? И ты его ничему не научил за это время? Плохой из тебя учитель.