Бить то зачем? Или на второй и третий заход, уж извини за подробности, сил у него не хватило? Уж мы то, знаем, что выражение ""залюбить до смерти"" - это вот как раз про выбирание энергии до дна. Слабоват как мужик оказался? Да и потом, если он забирал всю энергию, представляешь, какой прилив сил он должен был испытать после этого? Да он там сам же рядом с ними и рухнуть должен был! А это опасно! Особенно в городском парке, хоть и в самом глухом его углу! А значит, кто-то ему помог потом, после всего, выбраться оттуда.

- Да, пожалуй, ты прав, - протянул Гуртовой, - говоришь, Ульяна лицо его запомнила? Неужели не подчистил воспоминания?

- Да, Анна так сказала. А зачем бы ему их подчищать? Он же уверен был, что она умрет! - Вишневский скрипнул зубами, - Ульяна мне номер машины, на которой этот упырь её в аэропорту встречал, прислала. И вот тут уж хвала обычным людям и их документам: там есть его фото.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Хорошо, езжайте. Но сам не лезь в это дело. Это - приказ! - напомнил Гуртовой.

- Егор Матвеич, за спецрейс, конечно, спасибо. Но, может, не надо внимание привлекать? Мы с Никитой простым рейсом полетим. Ведьмак же не знает ещё, что Ульяну нашли, и что она выжила. Зачем же его об этом ставить в известность? Самолеты туда регулярно летают, прилетим, как обычные пассажиры, затеряемся в толпе, возьмем такси. Я вот лучше Анну попрошу, чтобы они нас встретили. По родственному, так сказать.

Гуртовой, услышав это, усмехнулся:

- Хитер, однако. Но и прав, шельмец, как всегда, прав! Ладно, пусть так и будет. Только пусть, всё-таки, тебя наши, местные, ребята там встречают. Так же логичнее, если ты, официально, за телом дочери прилетел. Нет, разве?

- Ох, ну да! Тут ты прав! - Владимир растер переносицу двумя пальцами, - что-то не соображает голова.

- Вот и я о том же! Нельзя тебе это дело вести. Всё, иди, собирайся! - Гуртовой мотнул головой в сторону двери, - и скажи Никите, что докладывать он будет мне лично! Не тебе, а мне! Ты меня услышал?

- Так точно!

- Свободен! - Гуртовой усмехнулся.

Как только за Вишневским закрылась дверь, Гуртовой снял трубку телефона и бросил отрывисто:

- Мария, соедините меня с приемной короля.

- Слушаюсь, Егор Матвеич! - отозвалась секретарь и, усмехнувшись, посмотрела на Вишневского:

- Слушай, Володь, есть хоть что-нибудь, в чем ты не уверен или ошибаешься?

- Эх, зря я, Машенька, не поспорил с тобой! Сейчас бы выиграл бутылку отличного вина! - дурашливо сокрушаясь проговорил Вишневский, - хотя, вот тебе и ответ на твой вопрос: пари на спор я заключать не умею!

Вишневский вышел из приемной шефа и направился в свой кабинет.