Вероника, сядь вот тут!

Сандра поставила легкое плетеное кресло с красивыми подушками возле какого-то куста, подумала, передвинула кресло и попросила Веронику забраться в него с ногами.

– А можно? – обрадовалась девочка. – А то мама не позволяет… с ногами.

– Сегодня все можно, – улыбнулся Сутырин.

– Вот, отлично! И смотри на меня. Так… Сегодня я буду делать только наброски карандашом. Тебе удобно так сидеть?

– Очень! Очень удобно!

– Молодец! И постарайся посидеть так подольше. А что за книга у тебя?

– Сказки Андерсена.

– Нравится тебе?

– Еще как! Особенно сказка про Русалочку.

Так ее жалко, правда?

– Правда, конечно, правда! Я в детстве тоже обожала эту сказку, сто раз ее читала и сто раз плакала…

– А мама говорит, что это вредная сказка.

– Вредная? – поразилась Сандра. – Почему?

– Ну, я не очень поняла… вроде как она у девочек понижает… как ее… самооценку.

– О, господи! – простонала Сандра. – Но ты все-таки ее читаешь?

– Папа разрешил. Он говорит, что это чепуха, – таинственным шепотом проговорила Вероника.

Сандра работала уверенно, но наброски были тонкие, даже нежные. Опять появился хозяин дома и сел в отдалении.

Он испытывал странные чувства. Как хорошо она говорит с ребенком, без малейшего сюсюканья и без назидания… как со взрослым человеком, равным ей. И Вероника явно прониклась доверием к незнакомой женщине. Она не читает, а с удовольствием беседует с Сандрой, рассказывает ей, как любит мамину собачку Никки, и как в прошлом году на ее глазах машина, мчавшаяся на большой скорости, едва не задавила кошку.

– Ой, я думала, все, так испугалась, заплакала, а папа сказал, что кошка каким-то образом успела убежать. Я не верила, а папа сказал, что если бы кошку задавило, на асфальте остался бы след, а там ничего не было, и еще две незнакомые тети тоже ахали, как кошке удалось увернуться.

– Какое счастье! – искренне воскликнула Сандра.

– А у вас есть животные? – полюбопытствовала Вероника.

– Пока только попугай. Но я мечтаю завести себе веселую дворняжку, а кот, я думаю, рано или поздно сам приблудится.

– А почему вы хотите дворняжку?

– Не знаю. Просто люблю дворняжек. С ними хлопот меньше, они обычно куда здоровее породистых.

– А наша Никки очень-очень породистая, порода называется японский хин.

Мама всегда носит ее на руках и всюду берет с собой. А у ее подруг у всех йоркширские терьеры. Скажите, а где берут дворняжек? Есть такой специальный клуб?

– О нет! Дворняжек или находят бездомных, или покупают у какого-нибудь ханыги щеночка от беспородной сучки, да мало ли…

– Да, я поняла, их берут в каких-то совсем негламурный местах, да?

Сутырин фыркнул.

– Да-да, – подтвердила Сандра, – в самых что ни на есть негламурных.

– А дети у вас есть?

– Есть. Сын. Но уже взрослый.