Прожить почти семьдесят лет и ни разу не заметить, что снег бывает голубым, а под фонарями бледно-желтым. Куда ушла жизнь?

– Яна, твои гости, – сказал он, увидев, как по аллее осторожно движутся к дому две фигуры. Жена убежала встречать гостей.

Поскольку выписали его неделю назад, Яна отменила встречу Нового года у них, как бывало раньше. Настя поддержала ее, одна семья старшей дочери насчитывает шесть человек, а папе нужен покой. Но как оставить Янку без любимого праздника? Он уговаривал жену пригласить хотя бы кого-то из подруг, она не соглашалась. С друзьями жены не было времени познакомиться: работал, работа и довела его… но это в прошлом.

Только сегодня, по привычке готовя на большое число гостей, жена расстроилась: кто же это съест?

– Тебе некого позвать? – спросил он.

– Есть одна подруга, у них с мужем тридцать первое – доходный день, работают до упора, может, и согласятся. А вдруг они тебе не понравятся? Это простые люди…

– Звони. Не хочу, чтоб ты скучала со мной."

"Подруга и ее муж дали согласие, ведь из-за напряженных дней уходящего года не позаботились о том, как будут сами встречать Новый год. В гостиную вошел видный, высокий мужчина и славная, пухленькая женщина со смешливыми глазами, оба примерно того же возраста, что и Яна, которая светилась от радости, значит, радостно стало и Борису Львовичу.

– Это Лора и Родион, – знакомила жена. – А это Борис Львович.

– Еще кто-нибудь придет? – спросил Родион, вручая цветы Яне.

– Нет, – ответила она, забирая букет. – Нас будет четверо.

– А кто по двору шастал? Кажется, мужчина. Дворник?

– Не знаю… – озадачилась Яна, растерянно посмотрев на мужа. – Мы не держим дворника. Может, сосед елку решил спилить? У нас противный сосед.

– Где Дуня? – спросила Лора, вынув из пакета обезьянку.

– Дуню забрала моя мама, – ответила Яна. – Боре сейчас нужен покой, а Дуняшка у нас как ураган. Давай игрушку, передам ей. Садитесь за стол, а я поставлю в духовку гуся.

– Ничего себе, галерея! – произнес Родион, выставляя на стол бутылки и рассматривая стены, увешанные живописными работами.

– Вы бывали у нас? – осведомился Борис Львович.

– Не доводилось. Жена бывала, говорила, у вас картин море, но чтоб столько… И все-все настоящие?

– Нет, Борис Львович сам рисовал, – съязвила Лора, присев у камина и протянув к огню руки.

– Обожаю живой огонь. А дом какой, а? Чудо из чудес. Уютный и красивый.

– Ну, дом, положим, старый, к тому же деревянный, – усмехнулся Борис Львович. – Его начал строить мой дед, тогда это место было пустым и почти ничего здесь не росло, а называлось загородной дачей. Теперь это черта города и даже не окраина. Отец продолжил строительство, а я только ремонтировал.

– Жена рассказывала, вы академик. Над чем работаете?

– Над новыми технологиями, – кратко ответил он.