Через неделю-другую…

Анастасии не нужно было уточнять у Роланда, чтобы понять: Каролину убрали специально, дабы не мешала заговорщикам осуществлять задуманное. Если они действительно знают, что она шаманка, и её умения им как-то мешают — значит, будут искать способ устранить помеху. Теперь делать ничего подобного не нужно — путь свободен.

И отчего-то при мысли об этом стало немного страшно.

Роланд

Рабочий день канцлера в итоге продолжался до одиннадцати часов вечера, и когда кабинет наконец покинули представители министерства юстиции, Роланд почувствовал, что уже и спать не хочет.

Он знал этот интересный эффект: такое порой происходило с ним в дни, когда усталость становилась чрезмерной. Организм, видимо, решал, что сон в ближайшее время не предвидится, и выключал рецепторы, которые его требовали, чтобы не тратить лишнюю энергию. В итоге Роланд мог какое-то время существовать без отдыха, но стоило лечь или хотя бы сесть в чересчур удобное кресло — и всё, переход в бессознательное состояние был мгновенным."

"Вот и сейчас канцлер решил ни в коем случае не садиться и уж тем более не ложиться, а отправиться к Анастасии, по которой безумно скучал, когда было время думать о чём-то другом, кроме бесконечных проблем.

Но не успел — только собирался выйти из кабинета, как открылась входная дверь и в помещение вошёл хмурый Огден.

— Судя по твоему лицу, пока ты без успехов, — улыбнулся Роланд, приветственно кивая. — Не расстраивайся. Невозможно завоевать расположение такой девушки, как Анастасия, за пару дней.

Огден как-то странно усмехнулся, подошёл к одному из кресел и опустился в него, внимательно изучая канцлера. Взгляд его был настолько задумчивым, что Роланд не выдержал и поинтересовался:

— Что-то случилось? Вы с Анастасией повздорили?

— Нет, не повздорили, — ответил король медленно.

— Так, поболтали просто. Как прошёл твой день, Роланд?

Теперь канцлер не сомневался: что-то всё-таки случилось. Не повздорили, но Анастасия явно что-то сказала Огдену, из-за чего он теперь переживает.

— Как обычно. С утра была комиссия министерства образования, после приходили представители министерства юстиции во главе с министром. Утверждал с ними нового Верховного и заместителя министра.

Вместо Валтера Бивиуса пока назначен Истор Милли, а…

— Слушай, Роланд, — перебил его Огден, — как ты думаешь, я вообще когда-нибудь смогу управлять Альтакой так же, как ты? Сейчас я чувствую себя ребёнком в окружении взрослых. Когда я работал в целительском подразделении, у меня ни разу не возникало подобного ощущения, да и до этого много лет его не было, а сейчас — постоянно. Ты думаешь, это пройдёт?

— Несомненно, — ответил Роланд, нисколько не соврав. Он действительно не сомневался, что это пройдёт.