Не сын

Запыхавшийся слуга прервал нашу прогулку, заявив, что прибыл сам присмер Жанир и срочно требует встречи. Вот чёрт! И на кой ляд он припёрся?! К чему все эти шпионские ухищрения, если в открытую выходит на связь сразу после ночного появления посредника?!

Направляюсь к дому, мысленно ругаясь последними и предпоследними словами. Захожу в гостиную комнату, где Его Безгрешие сидит напротив матери. Оба напряжены и молчат.

— Дядюшка Жанир! — с ходу начинаю я. — Рад Вас, конечно, видеть, но не ожидал так быстро и так… глупо!

— И я не ожидал… — сквозь зубы цедит он.

 — Послание твоё получил, но с ним от Литарии записочка была. Пришлось ехать самому.

— Мам? — непонимающе посмотрел я на ридганду, в которой совсем не осталось того внутреннего тепла и нежности, что были утром.

— Не здесь! — отрезала она. — В мою комнату! Оба!"

"— Ваше Безгрешие? — теперь мой взгляд обращён на присмера.

— Она права, Ликкарт, — со вздохом говорит он, — судя по намёкам в письме нам предстоит тяжёлый разговор и лучше…

— Ко мне! Быстро! — зло выплёвывает мать.

Мы подчиняемся и проходим в её небольшой уютный кабинетик, заставленный всевозможными цветами.

— Итак… — после небольшой паузы начала она уже спокойно, но с такой змеиной улыбочкой на лице, что лучше бы орала. — Мой сынок, мой Ликкарт избежал страшной смерти, пройдя по Дороге Хирга. Хвала богам, что внушили ему правильные мысли, правда, немного изменив сущность… Бывает. Также бывает, что при этом он забыл некоторые вещи, которые…

— Истинно! — попытался вставить свои «пять копеек» присмер. — Когда боги…

— Заткнись, Жанир! — рявкнула она на него и продолжила с той же змеиной интонацией.

 — Я почти обрадовалась, ибо всегда хотела видеть сына похожим на сегодняшнего. А вчера? Так замечательно резвились в бассейне, как не было со времён его детства, когда Ликк был всего лишь добрым непослушным мальчиком! Правда, тогда он не оговаривался, изредка называя меня и Венцима чужими странными именами. Но это ведь всё боги сотворили — чего уж нам обращать на это внимание? Бывает! Забрали одно, а дали другое!

Ох, ёёё… Неужели я вчера перемешал в радостном порыве имена этих и земных родителей? Что-то сейчас будет! Подозрения подтвердились.

— И такие привычные жесты, которые я выучила у Ликкарта лучше собственных, исчезли и… Скажи! Удались сегодня яблочные пироги, что были испечены по твоей просьбе?

— Эээ… Да, матушка… — пробормотал я, чувствуя подвох. — Вкуснее не ел!

— Конечно, не ел. Ты всегда ненавидел яблоки и всё, что с ними связано, а тут…

Внезапно Литария схватила меня за рубашку на груди, практически разорвав ткань и своими ногтями впившись в кожу под ней.

— ГДЕ МОЙ СЫН?! — кричит она, гневно глядя мне в лицо.