Через десять минут поселок остался позади, слева автобусная остановка, дорога в рытвинах и ухабах вела в райцентр. Пройдя с полкилометра, я свернула в сторону от дороги и вскоре лежала под высокими деревьями, раскинув руки и наблюдая за плывущими облаками сквозь ветви деревьев. Я улыбалась и, кажется, была совершенно счастлива. Одиночество такое восхитительное ощущение…

На солнце меня разморило, и я задремала, а открыв глаза, сразу же посмотрела на часы: пятнадцать минут четвертого. Нинка должна уже вернуться…

Нинка в компании администраторши сидела на крыльце. Завидев меня, поднялась и сделала несколько шагов навстречу, потом, точно опомнившись, заревела и начала причитать:

- Лиечка, сестренка моя…

- Чего это тебя разбирает? - удивилась я. Нинка кашлянула и замолчала. Мы неловко обнялись и поцеловались. Тетка, наблюдавшая за нами минуту назад с умилением, теперь насторожилась, мне ее разочарование понятно: особо трогательной сцены не получилось.

- Пойдем, - заволновалась Нинка и добавила, оборачиваясь к администратору. - Посидим в комнате, неловко тут на людях…

- Идите, идите, - с готовностью поддакнула тетка, а я усмехнулась: ни одной живой души по соседству не наблюдалось. Я подхватила сумку, и мы зашагали в конец коридора.

- Вчера приехала, - принялась объяснять Нинка, - Одна во всей гостинице ночевала, вот страх-то. Хорошо, дежурная добрая, часов до двенадцати с ней сидели, чай пили… Хорошие здесь люди."

"- Это точно, - согласилась я, а Нинка посмотрела на меня испуганно.

- Я в район ездила, на рынок. Орехи здесь копейки стоят, взяла пять килограмм. Юлечке. У нас разве укупишь?

Мы вошли в номер: большая комната с одним окном, шесть кроватей с левой стороны и шесть с правой. Душ отсутствует, туалет во дворе. Я вздохнула и села на стул возле стены, стул жалко скрипнул.

- Поешь чего-нибудь ? - предложила Нина, - У меня бутерброды есть.

- Не надо, - отмахнулась я. - Обедала…

- Ты извини, что я тебя не встретила, я ведь не знала, во сколько тебя… - Нинка села за стол, старательно отводя глаза. Сестра старше меня на шестнадцать лет, мы с ней никогда близки не были, а после смерти родителей виделись не больше десятка раз, хотя и жили в одном городе. Но все пять лет, что я провела в этом богом забытом месте. Нинка регулярно писала мне и даже присылала посылки. Сейчас, испытывая неловкость, она все-таки спросила:

- Что думаешь делать?

Тошнит меня от таких вопросов, но Нинка моя сестра, и я, пожав плечами, ответила как можно мягче:

- Жить, разумеется.

- Понятно, что жить, - вдруг разозлилась она, - А как? Хочешь домой ехать?

- Само собой, куда же еще?

- Да куда угодно. Вернешься домой - и что? Твой Славка тебя в покое не оставит, опять начнется… А чем кончится, ты знаешь.